Онлайн книга «Ультрамарин. Нарисованная реальность»
|
— Очень жаль, – проговорил Гайен и забарабанил пальцами по подлокотнику. – Надеюсь, ультрамарин не попадет ни в чьи руки. А мне бы он сейчас чрезвычайно пригодился. — Зачем? — Для дела, – усмехнулся Илунг, при этом давая понять, что дальше не собирается ничего говорить. — Так воспользуйтесь красками, которые во флаконе. — О, Люс! Как вы простодушны! Моя лавка разгромлена, как вы заметили. И те, кто сотворил сие ужасное дело, унесли с собой и флакон с ультрамарином. Хотя, подозреваю, не только ради него они учинили погром. — Это была Пату-а? – выдохнул Люс, чуть поморщившись. — Думаю, что Пату-а в этой истории лишь пешка. Она кому-то помогает. Кому-то очень могущественному. Насколько я понял по вашему рассказу, она чрезвычайно испугалась того, что шкатулка оказалась пустой. — По-моему, у нее просто не все в порядке с головой. — Так может вести себя человек, который боится, что его накажут за неисполнение поручения. Люс пожал плечами, но потом процедил: — Так что же должно было быть в той шкатулке? Гайен сузил глаза, продолжая в упор смотреть на юношу, оперся о подлокотник и принялся сосредоточенно тереть подбородок. Помолчав некоторое время, он наконец произнес: — На сегодня вы узнали достаточно, Люс. Больше я не могу ничего вам рассказать. Люс сжал кулаки. — Не можете или не хотите? — Не могу и не хочу. Сейчас вы знаете ровно столько, сколько нужно. Люс опустил голову, чувствуя, как немеют сжатые до боли пальцы. Может, все-таки Луул права насчет Гайена. Что он за человек? Что у него на уме? И что это за тайны такие с проклятой шкатулкой? — Я рисковал жизнью, – угрюмо, с расстановкой проговорил Люс. – Я имею право знать, ради чего. — Безусловно, имеете, – ухмыльнулся Гайен. – И вы узнаете. Но позже. Илунг резко поднялся и подошел к двери. Люс сидел в кресле как пришибленный. — На этом наш разговор считаю законченным. Жду вас в лавке завтра в десять часов, – сказал Гайен и щелкнул пальцами. Люс мотнул головой, уныло встал и направился к выходу. Илунг последовал за ним, захватив зажженный подсвечник. Они вернулись в лавку, окутанную густой темнотой. Слабый свет трех свечей немного рассеял черноту. В полумраке разгромленная лавка выглядела жутко. Люс отыскал среди сваленных предметов сумку и этюдник и, вяло попрощавшись с Гайеном, вышел на улицу. Мысли кричали, как взволновавшаяся стая птиц. Нужно было успокоиться и привести сумбур в голове в порядок. Быстрым шагом он преодолел несколько кварталов и вышел к оживленной в этот час набережной. Золото заката пылало в небе и на море, окрашивая в теплые охристые цвета белый камень домов. Люс поставил возле парапета этюдник и, не обращая внимания на любопытствующих прохожих, погрузился в любимое дело, которое всегда восстанавливало равновесие в его душе. Он рисовал до тех пор, пока не сгустились сумерки. На набережной зажигали огни, праздно гуляющих зевак стало больше, и Люс, собрав вещи, поспешил на корабль. К этому времени он уже овладел собой: взъеро-шенные мысли пригладились. И хотя много оставалось неясного и недосказанного, в нем зародилась решимость и даже уверенность, что рано или поздно он докопается до истины. Вернувшись на «Попутный ветер», Люс немедленно проследовал к каюте и, распахнув дверь, застыл от ужаса. |