Онлайн книга «Омут морока и тайн»
|
— Красиво, – негромко произнес Денис. – Люблю закаты. Я мысленно согласилась с первым, но не со вторым. Закаты – это очень живописно, не поспоришь. Но только внешне. А внешняя красота – последнее, что интересует человека, привыкшего выживать. — А я нет, – сама не зная зачем, вдруг сказала я вслух. — Почему? – тут же поинтересовался Денис. — Они означают приближение ночи. А ночь – это плохое время. Снова правда. Не личная, конечно, но я удивилась самой себе. Вот так сижу и веду честный разговор со своим подозреваемым. — Почему? – повторил Денис, перевел взгляд куда-то вдаль и почти привычно начал философствовать. – Я вот люблю ночь. Это ведь время празднования Нового года, время самых интересных книг и сериалов, потому что смотришь ты их под одеялом, чтобы не застукали родители. Время милых переписок с тем, кто тебе нравится, тайных свиданий, поездок в клубы. Мечтаний, в конце концов. — Да, – холодно кивнула я. – А еще время, когда чаще всего убивают, грабят и насилуют. «Время, когда проводят ритуалы, сжигая колдунов-подростков на кострах. Или охотятся на них ради наживы». — Я все-таки тебе удивляюсь. То ты безбашенная, то вдруг начинаешь рассуждать как столетняя бабка, которая полжизни проработала «шестеркой». — Я считаю, что лазать безопасно, по крайней мере если ты ведьма, – пожала я плечами. – А вот ночь – что-то совсем небезопасное. — Лазать безопасно?! – воскликнул Денис. Ну да, конечно, он же не знает, что для меня это чуть ли не более родная стихия, чем медицина. Я присела прямо на крышу, плюнув на то, что она холодная, а я в пальто, и хлопнула рядом с собой. Денис тоже опустился рядом. Я долго молчала, думая, что стоит говорить, а что нет, потом начала, поддавшись неизвестно откуда взявшемуся порыву (выговориться захотелось, что ли?): — Когда-то давно я хотела точно так же залезть на дом, в окно своей комнаты. Забавно, но именно этим я спасла жизнь себе и еще одному человеку. Поэтому считаю это безопасным. — Но ведь это хорошо! А ты так грустно говоришь об этом… Грустно? Я и не заметила, что погрустнела. — Нет, это плохо. Сердце вновь заныло от чувства вины. По разным причинам. Чтобы Денис не задавал вопросов, я повторила сказанное им чуть раньше: — Не забывай, что я человек с тягой к саморазрушению. Я снова замолчала. И Денис тоже молчал – то ли не знал, что еще сказать, то ли причина какая-то иная. Я поняла, что второй вариант – верный, когда он тоже вдруг начал откровенничать. Или рассуждать скорее. Я замерла, не сводя глаз с заката, но вся обратилась во внимание. — Когда-то ты сказала, что у меня фетиш на заброшенные помещения. Ты была права. Я люблю заброшки. Чердаки, подвалы, больничные палаты – все имеет свою историю, свою причину, по которой его забросили. У людей в душах примерно то же самое. Что-то вроде вашей больничной приемной или гостиной в квартире, что открыто для посторонних людей. Что-то напоминает вашу ординаторскую, которая доступна только для врачей. У нас тоже есть то, что мы доверяем только особенным людям. А еще в любом здании забывают про некоторые помещения, скрывают их. В любой больнице по разным причинам забрасывают некоторые палаты. У нас здесь, – Денис приложил руку к сердцу, – тоже такие есть. Их обычно не открывают, разве что на щелочку, когда хотят выговориться. Как ты сейчас. Бывают, правда, сволочи, которые пытаются распахнуть такие палаты и перевернуть все вверх дном. |