Онлайн книга «Вернулся в прошлое, когда всё ещё стояло»
|
Потом в зал вошла Анна Вадимовна. Он узнал её сразу — по каштановым кудрям, по уверенной походке. Она была в чёрной майке, поверх — жилет, чёрные брюки почти в обтяжку, каблуки. Не женщина, а тетива, готовая отправить стрелу в твоё сердце. Она процокала через весь зал к его столику, наклонилась, обдав Виктора терпким шлейфом духов, поцеловала в щёку и села напротив. — Ну, здравствуй, — сказала она, и в её голосе было больше тепла, чем он ожидал. — Здравствуйте, — ответил он. — Давай на «ты». — Она улыбнулась. — Мы не на приёме. Она окинула его взглядом — медленно, от ворота рубашки до плеч, — и что-то в её лице дрогнуло, будто она зацепилась за что-то своё. — А ты ничего так, — сказала она наконец. — Я в больнице тебя и не разглядела, и костюм красивый. — Я и сам тогда был не в лучшей форме. — Зато теперь, — она откинулась на диван, — совсем другое дело. Принесли пиво. Они чокнулись, выпили. Разговор завязался легко, будто они знали друг друга не первый день. Анна спросила про отца, Виктор рассказал — без надрыва, спокойно: идёт на поправку, но врачи держат в больнице. Она кивнула, что-то уточнила профессиональным тоном, и он поймал себя на том, что ему нравится, как она умеет переключаться: то врач, то женщина, то просто человек, который пришёл выпить пива в воскресенье. — Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, когда она замолчала. Анна усмехнулась, но щёки её чуть порозовели. — Мне почти тридцать пять, Вить. Ты меня смущаешь. — Я говорю как есть. Она покачала головой, сделала глоток. — Опасный ты. Так и до беды недалеко. Они выпили ещё по стакану. Потом ещё. Виктор чувствовал, как алкоголь мягко распускает внутри тугие узлы, как разговор становится свободнее, смех — громче. Анна рассказывала про больницу, про ночные дежурства, про то, как однажды перепутала кофе с растворимым супом. Он смеялся, не из вежливости — по-настоящему. Когда на сцене заиграли первые аккорды, Анна поднялась. — Пошли. Я хочу танцевать. Виктор не стал спорить. Они вышли к сцене, встали в полутьме среди других пар. Музыка была живая, с тем самым виолончельным тягучим низом, от которого по коже шли мурашки. Через пару песен ритм сменился. Медленный танец. Анна шагнула к нему, положила руки ему на плечи. Виктор обнял её за талию. Они двигались медленно, почти не двигаясь, и он чувствовал её тело — тёплое, крепкое, живое. Она прижалась ближе, положила голову ему на плечо, и её дыхание коснулось его шеи. — Я не должна была сюда приходить, — прошептала она. Виктор чуть отстранился, заглянул ей в лицо. — Почему? — Потому что ты младше. Потому что я твой врач. Потому что… — Она замолчала, не договорив. — Кольца у тебя на пальце нет, — сказал он негромко. Она подняла на него глаза. В полутьме они казались совсем тёмными. — Дело не в кольце, — ответила она. — А в чём? Она не ответила. Вместо этого ещё крепче прижалась к нему, и Виктор почувствовал, как её ладонь соскользнула с его плеча на шею, зарылась в волосы. Она сама сократила расстояние, оставшееся между ними, — и он понял, что ответом было это: тёплое, безмолвное, отчаянное «останься рядом». — Ты меня старше на годы, — сказал Виктор, наклонившись к её уху. — Но я давно не чувствую себя мальчиком. — Я заметила. — Её голос дрогнул. — И это пугает. |