Онлайн книга «Голубка Атамана»
|
— Добрый, — папа ответил крепким рукопожатием, продолжая смотреть Давиду прямо в глаза. Никакого вызова или агрессии. Никаких претензий или пренебрежения. Папа просто подробно изучал Давида, мысленно делая для себя какие-то пометки. — Каролина, — уже менее официальным тоном обратился ко мне Давид и приветственно кивнул. — Привет, — робко ответила я. — Давид, можно вам кое-что сказать? — вежливо, но уверено спросил папа. — Да. Конечно, Александр Валерьевич. — Каролина — всё, что у меня есть… — Пап, — напряженно пробормотала я. — Это ваша жизнь. Ваши отношения. Не имею привычки вмешиваться туда, куда не звали. И навязывать свое мнение не привык. Просто знайте, что я занимаюсь охотой. Для этого занятия у меня имеются соответствующие атрибуты. И пусть эти атрибуты будут предназначены исключительно для охоты. Намёк, я надеюсь, крайне прозрачный? — папа со своей прямой осанкой и расправленными плечами выглядел очень внушительно. — Рад, что Каролина для нас одинаково важна, — Давид вежливо улыбнулся. В синих глазах не было ни тени недовольства или страха. — Я поехал, дочка. Пока. Когда папина машина плавно выехала со двора, я с облегчением выдохнула. — Хороший у тебя отец, — Давид провел ладонью по затылку. — Всё по делу сказал. — Думаешь? — я скрестила руки на груди. — Я так же общался бы с кавалерами своей дочери. Может, даже жестче, чтобы нервы ей не мотали. — Он просто догадался… — Ты оправдываешься передо мной? — удивился Давид. — Нет. Просто не хочу, чтобы ты думал, будто я жалуюсь, и сама ничего не способна решить. — Ло, — тяжело вздохнул Давид. — Что-что, но ты можешь быть уверена я так точно не думаю. — Снова миримся, чтобы потом снова поскандалить? — устало спросила я. — Не люблю, когда мы скандалим, — Давид подошел ко мне и опустил обе руки на талию. — Меня это выбивает из равновесия. — Но ты должен уже понять, что пока вопрос не решён, я не смогу успокоиться. — Понимаю. Поэтому будем решать. Глава 30 Мы должны были поговорить. Мой мозг даже начал генерировать отдельные предложения и аргументы. Но они резко где-то растворились, рассыпались на микрочастицы, когда мы с Давидом оказались в пространстве мой маленькой уютной квартиры с кактусом, что больше не падает с подоконника. Я так сильно тосковала по Давиду. Еще с того момента, когда он пропал на целый месяц. А потом мы встретились и так по-дурацки поссорились. Мой взгляд сам цеплялся за линию его плеч. Сам проводил незримую дорожку вдоль позвоночника. Мне не нужны были никакие слова или даже прикосновения. Я заводилась лишь от одного осознания, что Давид рядом. После сильного эмоционального всплеска, я словно посмотрела на свою реальность трезвым взглядом. Осознала, почему Давид в тот вечер так разозлился. Он ожидал совершенно другой встречи, а я… с места в карьер со своими претензиями, вопросами. И теперь я понимала, каково ему было, потому что меня сейчас переполняло такое же острое желание прикоснуться. Если наш разговор отложится на час, ничего в корне не изменится. И тогда бы не изменилось. Возможно, что к этому моменту мы уже всё давно решили. Как только ключ провернулся в замочной скважине входной двери, я прижалась щекой к спине Давида. Он замер. Явно не ожидал такого. Да и я планировала совершенно по-другому начать разговор. А сейчас никаких разговоров совсем не хотелось. |