Онлайн книга «Нелюбимый»
|
— А мне показалось, что скучаешь, — Зацепин нажал на какую-то кнопку, встроенную в панель дверцы и внезапно возникшая перегородка тут же автоматически разделила салон и водительский отсек. Я занервничала и хотела отодвинуться, но Герман притянул меня к себе. Мое сердце словно провалилось в желудок от той волны страха, что буквально окатила меня с ног до головы. Я понимала, что рано или поздно буду вынуждена подчиниться своему мужу в постели, но этот момент отчаянно хотелось отсрочить. Зацепин же не замечая, а возможно банально игнорируя мою дрожь, принялся целовать меня в шею, немного больно сдавливая в своих руках талию. Я зажмурилась до цветных точек перед глазами и кажется, прикусила губу. Только не это! Только не сейчас! Его прикосновения и поцелуи не то чтобы были мне крайне омерзительны, я просто испытывала сильный страх. Этот страх заставлял меня иначе реагировать на любое действие со стороны Германа, ведь по сути именно он и являлся источником этого жуткого чувства, что так прочно укоренилось в моей душе. — Пожалуйста, — сдавленно прошептала я, уперев свои ладони в широкую грудь мужа. Он уже навис надо мной, прижав меня к кожаному сидению своим телом. — Не надо, — дрожащим голосом попросила я. Герман тут же прекратил и встал с меня. Я почему-то думала, что мои слова не подействуют на него. Он пальцами причесал свои темные волосы и нервно отдернул края пиджака, я же продолжала не шевелиться, настороженно наблюдая за мужем. — Уж слишком плохо ты обо мне думаешь, Арина, — холодным тоном проговорил Зацепин, переводя цепкий взгляд на меня. — Я не собирался отбирать твою невинность на заднем сидении автомобиля, — больше он со мной на протяжении оставшегося пути так и не заговорил, сконцентрировав всё свое внимание на телефонных звонках. Когда мы прибыли на место, я немного разнервничалась. Впервые я вышла в свет уже, будучи женой, а не свободной девушкой. Пока мы добирались к нашей вип-ложе в сопровождении охраны и организаторов, к Герману подошло порядка пяти человек, чтобы просто пожать руку и напомнить ему об их присутствии на сегодняшнем мероприятии. Я знала и была много наслышана о влияние своего мужа. Он владеет крупным холдингом и является спонсором многочисленных проектов. Его значимость в деловых кругах непомерная, но я не думала, что настолько. Все буквально стелились у ног Германа, говорили комплименты, одобряли и нахваливали его выбор в отношении жены. Стало даже как-то мерзко наблюдать за этим лизоблюдством. — Почему наморщила свой носик? — вдруг спросил меня муж, когда мы распрощались с очередным бизнесменом и продолжили путь к ложе. — Слишком много лицемерия, — ответила я. — Знаю, — он отчего-то заулыбался. — Почему вы… ты смеешься? — немного неуверенно спросила я, чувствуя себя оскорбленной. Казалось, что Герман смеется с меня. — Просто все эти лицемеры совершенно уверенны, что я верю в искренность их помыслов. А на самом же деле я на расстоянии чувствую их корыстные душонки. Вот и смешно от их самоуверенности. Я искоса глянула на Германа и про себя отметила, что когда он улыбается, мне рядом с ним становится не так уж и страшно. Перед самыми ступеньками, которые вероятней всего вели к ложе, мы снова остановились. Муж завел очередную деловую беседу с каким-то человеком, а я, заранее уже зная, что ничего интересного мне услышать не придётся, ушла в свои мысли. |