
Онлайн книга «Первый фронт»
— Да, лом в задницу — это сильно, — изумленно покачал головой Лизюков. «Теперь понятно, кого я пропустил через портал несколько дней назад. Похоже, Берия решил дать ответку тем, кто поливал его и страну грязью. Хоть и в другом мире!» — Парни! — окликнул подполковник своих людей и добавил, когда они повернулись к нам: — На этот раз Дворская! — А как? — спросил один из них, в российском камуфляже с погонами старшего лейтенанта и эмблемами танковых войск. — Лом в зад, — ответил Лизюков с улыбкой. Под смех у машины я спросил удивленно: — В смысле не первый раз? Что, еще были случаи? — А как же. Дворская шестая. И тут же под аккомпанемент слов подполковника радио выплюнуло: — …эта серия странных убийств видных политических деятелей поставила на уши всю Москву. Послушаем, что скажет мэр города на эти события… — Да плевать, что он скажет! — заявил я динамику и, повернувшись к подполковнику, жадно спросил: — Ну кто там еще в этой серии? — Ну началось это дня четыре назад… Самолет был шестиместный, что изрядно радовало Алю, так как она летела со мной и не она одна. Охрана тоже. Когда мы подъехали к самолету, около которого возились пара техников, первое, что мне бросилось в глаза — это красная звезда, нарисованная на белоснежном фюзеляже и хвосте. На крыльях как раз заканчивали дорисовывать. — Не растечется? Нам ведь сейчас лететь, — спросил я у одного из техников. — Растечется — подмажем, — степенно ответил он мне, продолжая губкой снизу подкрашивать по трафарету звезду. — День добрый, мы с вами незнакомы. Александр, — протянул я руку летчику, с которым не успел познакомиться, когда он проходил через портал. — Значит, тезки. Я тоже Александр. Майор-зенитчик Аксенов Александр Александрович, — представился он, ответив на рукопожатие. — Зенитчик? Это те, про которых говорят, «если я не летаю, никто не будет»? — Это про нас, только видите, я еще и летаю, — с улыбкой ответил он мне. — Зенитчик — это какие системы? — В основном ракетные, но сюда меня пригласили как ЗУшника. «Шилками» буду командовать. Мне сказали, что мой дивизион уже потихоньку начинает формироваться. Ох, полетят перышки птенцов Люфтваффе! — потирая руки в предвкушении, ответил он мне. — Ну да, ну да, — согласился я и обернулся к своему пилоту. К нам подходил Жора. — О, Жора, а ты что тут делаешь?! — Так это теперь мой самолет. Вот товарищ майор будет меня учить, пока летим до Казани, — объяснил лейтенант, кивнув на моего тезку, одетого в обычный летный комбинезон. — А, ну теперь понятно, — кивнул я. — Когда взлетаем? А то как бы не опоздать. — Сейчас докрасят, и взлетим. Если до посадки я хотел сесть в свободное пилотское кресло, то сейчас об этом можно было забыть, и теперь под бормотание двух пилотов мы взлетели и с набором высоты пошли по маршруту. Самолет был полон. Вместе со мной отправились Аля и двое ребят из охраны — Виктор и Иван. Андрей и Алексей с моим тезкой Александром пока остались на Брестской базе. — Слушай, а что у вас тут истребители разлетались? — привлек мое внимание вопрос тезки, когда мы отлетели от границы километров на двести. — Так учения идут. У меня друг на аэродроме остался, лейтенант Волков, так он вчера немецкий дальний разведчик сбил. Тот на десять тысяч поднялся, а Пашка — он же на «МиГе». Поднялся выше и сверху атаковал, сразу поджег. — Молодец. Но я вроде слышал, что был приказ не поддаваться на провокации и выдворять с нашей территории немцев без стрельбы. — Ну вспомнили! Его уже больше недели назад отменили. Перегнали сюда отдельные эскадрильи новейших истребителей и сейчас патрулируют ими границы. — Эскадрильи, не полки? — Эскадрильи. Там в основном асы, на полки не наберешь же. — Понятно, — кивнул майор, с интересом смотря на две пары истребителей, которые подлетели ближе и с любопытством разглядывали незнакомый тип самолета. — Это что за тип? «Яки» вроде? — Да, «Яки». А вон там шестерка «ЛаГГов» крутится. Видите? Воздушный бой изображают с десятком «ишачков». — Ага, вижу. Надо их стороной обойти, а то как бы на зуб им не попасть. — Да-да, лучше обойти, — вклинился я, с беспокойством смотря на уже близкий учебный бой. Второй свистопляски не переживу. «Яки» в это время, встав на крыло, ушли в сторону. — Слушай, лейтенант, вроде же звенья тройками были? А тут, я смотрю, по две пары летают. — Недавно новый Боевой устав ВВС РККА получили, вот и перешли на новые боевые порядки и инструкции по боевому применению. — Понятно. — Жор, у меня тут вопрос образовался. Я заметил, что у ваших самолетов покраска разная, даже у штаба на одном аэродроме две машины стояли, покрашенные в красный цвет. А «Яки», что рядом были, у них другая окраска. Заметил? Сверху разводы светлого и темно-зеленых цветов, а снизу светло-голубой. — Новые нормативы пришли, вот и перекрашивают, — пожал плечами лейтенант. — Ну это понятно, — вздохнул я и, вспомнив про новость, что слышал по радио, решил порадовать майора, он наверняка не знал. — Александр. — Да? — повернул он ко мне голову и приподняв наушник. — Про Дворскую слышали? — Что, и ей досталось? — спросил майор довольным голосом. — Что, не нравилась? — А кому эта жаба нравится? Пиндосам если только. И вообще я считаю, что тот, кто это делает, заслуживает самой большой похвалы от русского народа. — Да уж. — А за Ковалева так я их вообще расцеловать готов. — Это тот, который своим го…ом подавился? — Ага. Я плакал от счастья, когда эту новость услышал. — Да уж, — повторил я. Откинувшись на спинку сиденья, посмотрел на уснувшую рядом Алю и, укрыв ее своей курткой, тоже стал подремывать под продолжение разговора пилотов. Обучение продолжалось. — Эй, пассажир, просыпайся! — затормошил кто-то меня, выдергивая из сладкого плена сна. Зевая, я открыл глаза и спросил: — Что случилось? — Что-что, вылезай, прилетели, — ответил майор, положив наушники на сиденье. Сам он стоял на лесенке, будя нас. Охраны в салоне уже не было, парни снаружи о чем-то переговаривались с техниками. — Прилетели? — спросила у меня Аля сонным голосом. — Угу, еще и сесть успели, — ответил я и вылез из салона самолета. |