Онлайн книга «Хроника Страны Мечты. Книга 5. Краткая история тьмы»
|
Перец успевал не только нападать, он успевал еще разговаривать, так что казалось, будто строгий учитель читает нотации нерадивому ученику. Причем трындел Перец, как всегда, в излюбленной высокопарной казенной манере, сопровождая каждую фразу соответствующим выражением лица. — И нарушилась связь, и пали запреты. И восстали холопья супротив своих властелинов… Удар. — И возмечтали стоять гордо и самим всем володети… Удар. — Невзирая на честь и на тех, кто поставлен над ними, говорили дерзко и взор не отворачивали! И сказал тогда я, укрепившись в правде, — да падут возомнившие! Удар. — Воздаяние им совершу! Четвертый удар оказался особенно сокрушительным, Безымянный споткнулся о камень и упал, и Перец тут же оказался рядом, занес над ним томагавк. Безымянный же свой выронил, потянулся к нему, оглядываясь, и… Дракон распахнул пасть, зарычал и плюнул огнем. Зимин подпрыгнул в кресле, вцепился пальцами в подлокотник. В этом моменте он всегда подпрыгивал. Все шесть раз. Знал и подпрыгивал. Знал, что вот сейчас сменится кадр, и возникнет он, страшный и великий. И в этот раз он подпрыгнул тоже. Фильм шел в 30, и огонь ворвался прямо в зал. Зимин в очередной раз почувствовал на лице жар и услышал, как трещат его волосы. По залу поплыл запах керосина и дегтя. Зимин знал, что это всего лишь его фантазия, фильм не снабжен генератором ароматов, но тем не менее он слышал запах керосина каждый раз, и ему нравилось. Огонь безумствовал всего лишь мгновение, а когда он погас, в кадре никого уже не было. И снова между деревьями стояли двое, готовые друг–друга убить. — Я вижу, ты решил призвать подмогу? — усмехнулся Безымянный. — Боишься, что один не справишься? Перец сделал выпад, Безымянный отразил. — Боишься? — Боюсь. Боюсь. Я с детства боюсь, знаешь ли. Именно поэтому он со мной. Самый великий, самый страшный! Тьма, проявись! Воздух задрожал, он начал как будто плавиться и стекать вниз, он сделался видимым, из прозрачного стал цвета ключевого кипятка. Мир за этим кипятком закачался в неразличимой зыбкости, горы и деревья расплылись и стали похожи на акварель, земля задрожала. И что то огромное, состоящее из острых углов и кусков полированного черного металла, шевельнулось, с лязгом и каменным грохотом, и тут же скрежет–нул металл, и возник дракон. Тяжелая мрачная морда, черная с узкими красными глазами, в которых плясало глубокое пламя. — Вас познакомить?! — крикнул Перец. — Ты, смерд, знаешь ли, кто пред тобой?! — Я… — Безымянный отползал, пытался то есть отползти, не получалось. Дракон возвышался над ним, как скала, ожившая и снова замерзшая, и Перец тоже возвышался, перемазанный кровью, страшный и в то же время величественный. — Да будет Тьма! Эта сцена нравилась Зимину больше всего. В этом месте сценарий забуксовал, и чтобы его растолкать, потребовалась почти неделя. Зимин смотрел боевики, играл в боевики, пробовал боевики читать. Все для вдохновения. Не получалось, но Зимин был упрям. В конце концов, он отправился в клуб исторической реконструкции и увидел там то, что хотел увидеть. Битву викингов на топорах. Конечно, это было не так красиво и не так гладко, но в общих чертах ему понравилось. Конечно, то, что происходило на экране, не очень напоминало свирепую скандинавскую рубку, но в целом дух дикости в фильм перенести удалось. Поэтому эту часть Зимин пересматривал несколько раз. — Да будет Тьма! Дракон заревел и снова исчез, растаял, слился с окружающим лесом. И этот момент Зимин тоже весьма и весьма уважал, звукооператоры поработали на славу, стены и пол, и кресла, и сам воздух задрожали от мощи и величия. Безымянный закрыл голову и уши. Он выглядел потерянно, он понимал свое поражение, он не сдавался. — Вставай, дружище, час пробил, — усмехнулся Перец. — Не хочу, чтобы какой то там кирпич украл у меня заслуженную победу. Он рассмеялся, громко и счастливо, и ловко перекинул топор из одной руки в другую, топор описал дугу у него над головой. — Нет, мой безымянный друг, не тягаться тебе со мной. Щенок еще, сопля, не может быть завета меж кроликом и львом, давай поднимайся. Нет, решительно в нашей жизни все пропитано древними греками! Вставай, поднимайся, посмотри в глаза своей судьбе! Бери топор, не нужно мне подачек. Безымянный поднялся, дотянулся до томагавка. — Ап! Топоры скрестились и тут же сломались, рукоятки расщепились и разлетелись в разные стороны. Перец крякнул и ударил противника локтем в нос, Безымянный упал. Кровь брызнула у него изо рта, из носа и, кажется, даже из глаз, казалось, что в голове у него лопнул налитый кровью пузырь. — Лейтесь, слезы, лейся, кровь, вот и вся тебе любовь, — продекламировал Перец. — Люблю пошлые стишата, ничего не могу с собой поделать. Перец подошел к ближайшему дереву и ударил по стволу кулаком. В воздухе закрутились красные листья. — Гармония, однако! — сказал Перец. — Красное на красном, классика, только классика! Безымянный поднялся на ноги. Он покачивался и выглядел страшно, весь перемазанный кровью. — Повержен будешь ты, — сообщил Перец. — Осмелившийся путь мне преградить, глупец. Он огляделся, увидел топор, направился к нему. — Итог был предречен, — разглагольствовал Перец, разминая руки. — Готов ли ты узреть… Перец сбился, заметил грязь на сапоге, попробовал стряхнуть, не получилось. — Готов ли ты предстать… Короче, сдохнуть ты готов? — Пошел ты, — ответил Безымянный. — Зря, — сказал Перец. — Очень зря. Я мог бы тебя простить. Я милосерден и, в сущности, добр. Признай мою власть, не быкуй. И будешь счастлив. Перец остановился, расправил плечи, приосанился. — Короче, запишись в мои вассалы, и я дам тебе седло, слугу для чистки сапог, и рису двадцать мер, и ворвань, и сундук… — Я же говорю — пошел, — перебил Безымянный. Он тоже выпрямился. Лицо у него было разбито, нос смотрел в сторону, губы распухли. Безымянный улыбнулся, и оказалось, что у него нет трех зубов. — Ты сошел с ума, — сказал Безымянный. — Остановись… Нельзя было его будить. Он — зло. Безымянный указал на дракона, равнодушно наблюдающего за схваткой. — Его надо убрать… Иначе… Отправь его. Иначе нам всем грозит беда! Всему миру! — Это ты Вицлипуцли расскажешь, — сказал Перец. И метнул топор. Не замахиваясь, коротким движением предплечья. Дальше произошло странное. Топор посвистел в сторону Безымянного. Медленно, лениво рассекая холодный воздух, поблескивая на солнце, обещая скорую смерть. Безымянный неожиданно сместился чуть в сторону, наклонился и тут же взял летящий томагавк из воздуха. Инерция отвела его руку для ответного удара, и Безымянный этим воспользовался и тут же отправил топор обратно. |