
Онлайн книга «Свет»
— А хоть бы и так. Эд, твинк вроде тебя всем и каждому во Вселенной должен. В том твоя сущность: твинк — обычный клочок протоплазмы в океане. — Она пожала плечами. — Ну что мы можем поделать, Эд? Мы все рыбы. * * * Эд понимал, что она права. Снова безуспешно попытавшись утереться, он заметил Волдыря за конторкой, пошаркал к нему и спросил: — Слушай, у тебя тут салфетки какие-нибудь есть? — Нет, Эд, — сказал Волдырь. — Но ты глянь, что я нашел. Он вскинул автоматический «хайлайт», который раньше принадлежал девчонке, и выстрелил в потолок. — Я так напуган, что щас усрусь! — завопил он, обращаясь к сестричкам Крэй. Те застыли. — Ну так знайте: мне на вас насрать! Он неловко выпростался из-за конторки: казалось, что каждый нерв его тела работает сам по себе. Он едва контролировал движения конечностей. — Бля, Эд, ну как я тебе? — орал он. Эд уставился на него в таком же обалдении, что и сестрички Крэй. В любой момент Белла с Эви могли выйти из ступора. Тогда они отряхнут известковую пыль с плеч своих и начнется что-то очень серьезное. — Иисусе, Тиг! — произнес Эд. Обнаженный, провонявший бальзамировочной жидкостью, истыканный там и сям в «нейротипичных энергоузлах» — никчемный человек земного типа с частично заросшим ирокезом и парой змеящихся татуировок — таким выбежал он наружу. На Пирпойнт не было ни души. Спустя миг в окнах бакофермы замелькал свет, а внутри раздались взрывы. Потом с черного хода на улицу вывалился Тиг Волдырь: у него рукава костюма горели, подожженные раскаленными газами из реактивного пистолета. — Мать твою, — вопил он, — я щас усрусь! Они секунду глядели друг на друга — с ужасом и облегчением. Читаец руками сбил пламя с рукавов Тига. Обхватив друг друга за плечи, они побрели в ночь, мимолетно опьяненные нахлынувшей телесной химией боевой дружбы. 10
Агенты удачи [16] Три часа пополуночи. Валентайна Спрэйка и след простыл. Майкл Кэрни, спотыкаясь, брел по северному берегу Темзы. Ему почудилось, что рядом раздался голос; он кинулся к деревьям и укрылся там. Снова накатил ужас, и весь остаток дороги до Твикенхэма Кэрни пробежал в ветреной тьме, не в силах овладеть собой. Чуть погодя он опомнился и попытался собраться с мыслями, но перед глазами маячил лишь образ Шрэндер. Он решил позвонить Анне. Потом передумал и захотел вызвать такси. Руки так дрожали, что набрать номер не удалось, и в итоге Кэрни просто вернулся вдоль канала по бечевнику на восток. Часом позже он оказался у двери дома Анны. Анна вышла в длинной хлопковой пижаме, раскрасневшаяся, и за два фута от нее веяло теплом. — Со мной Тим, — нервно проговорила она во мрак. Кэрни уставился на нее. — Кто такой Тим? — спросил он. Анна оглянулась. — Все в порядке, это Майкл, — крикнула она, а Кэрни ответила: — Ты бы не мог утром вернуться? — Я просто заберу кое-что, — взмолился Кэрни. — Я ненадолго. — Ну, Майкл… Он проскользнул мимо нее. Внутри густо пахло воском и духами. Путь в комнату, где хранились его вещи, вел мимо спальни Анны. Дверь оказалась приоткрыта. Тим, кто б это ни был, восседал, прислонясь к спинке кровати, и его профиль в три четверти выхватывало из тьмы желтое сияние пары-тройки ночников. На вид ему можно было дать лет тридцать пять или около того: кожа в порядке, тело худощавое, но атлетичное. Такой и хорошо за сорок будет казаться молодым человеком. В одной руке Тим держал бокал красного вина и задумчиво разглядывал его. Кэрни смерил Тима взглядом. — Кто, — произнес он, — это, черт побери, такой? — Майкл, это Тим. Тим, это Майкл. — Привет, — сказал Тим, подняв руку. — Можно я не буду слезать? — Иисусе Христе, Анна!.. — только и вымолвил Кэрни. Вернувшись в дальнюю комнату, он после кратких поисков обнаружил там чистые «левайсы» и старую черную кожанку: ему она когда-то так нравилась, что выбросить пожалел. Он переоделся. Была там еще курьерская мотоциклетная сумка с логотипом «Марин» на откидном кармане. В эту сумку Кэрни принялся опорожнять содержимое ящичков маленького зеленого стеллажа. Случайно подняв взгляд, он вдруг заметил, что Анна стерла со стены нанесенные мелом диаграммы. Он задумался: с какой целью? Было слышно, как она о чем-то спорит в спальне. Когда Анна пыталась что-то объяснить, ее голос становился детским, капризным. Через минуту она, кажется, сдалась и резко бросила: — Конечно нет! Ты что это хочешь сказать? Кэрни вспомнил, как она с ним говорила в такой же манере. От двери донесся шум, и внутрь просунулась голова Тима. — Не надо, — остерег его Кэрни. — Я уже на нервах. — Может, тебе помочь? — О нет, благодарю. — Ты пойми, сейчас же пять часов утра, а ты приперся весь в болоте. Кэрни пожал плечами. — Вижу, — сказал он. — Знаю. Анна гневно зыркала на него от двери. — Всего хорошего, — как можно теплее попрощался он с ней. Спустившись на два пролета по каменной лестнице, он услышал за спиной ее шаги. — Майкл? — позвала Анна. — Майкл? Он не ответил. Она выбежала за ним на улицу и принялась кричать ему вдогонку, босая и в одной пижаме. — Ты не хочешь вернуться и снова меня трахнуть? — эхом отдавался ее голос на пустой пригородной улочке. — Ты, случайно, не за этим явился? — Анна, — сказал он, — ну пятый час утра же. — Мне все равно. Майкл, пожалуйста, не возвращайся. Тим хороший, он меня правда любит. Кэрни усмехнулся: — Я рад. — Нет, ты не рад! — завопила она. — Нет, ты не рад! Тим выбежал из дома за ее спиной. Он уже оделся и сжимал в руке ключи от машины. Он пересек тротуар, не глядя на Анну с Кэрни, и прыгнул в машину. Опустил было стекло с водительской стороны, точно задумавшись, не сказать ли кому что на прощание, но потом покачал головой и решительно нажал на газ. Анна удивленно поглядела ему вслед и ударилась в плач. Кэрни обнял ее за плечи. Она приникла к нему. — А может, вернешься и убьешь меня? — тихо спросила она. — Как ты убил всех остальных? Кэрни развернулся и пошел в сторону станции подземки «Ганнерсбери». В какой-то момент его телефон резко зачирикал, но он не ответил на вызов. * * * Третий терминал аэропорта Хитроу оживал после долгой ночи, тут было сухо и тепло. Кэрни купил себе нижнее белье и туалетные принадлежности, сел у бара в уголке зала вылета — почитать «Гардиан» — и стал мелкими глотками потягивать двойной эспрессо из стаканчика. |