
Онлайн книга «Примкнуть штыки!»
Старчак вошёл в фургон командующего Резервным фронтом с тем же чувством решительности и одновременно смутной тревоги, с которым всякий раз забирался в самолёт, отправляясь на очередное задание в тыл противника. Маршал сидел за столиком. На столике разложена карта. Столик небольшой, карта большая, и края её свешивались до пола. Карта новенькая, таких Старчак давно не видел. – Ну, капитан, рассказывай, как воюешь? Что известно о противнике? Сколько человек в отряде? Какое вооружение и технику имеете? Как с боеприпасами? Когда Старчак доложил о количестве штыков в отряде и что их сводное подразделение нельзя называть ни батальоном, ни полком, Семён Михайлович покрутил ус и покачал головой с укором: – Ну-ну, капитан, не сгущай… А роты курсантов? А артдивизион? А зенитная батарея? – То, что прибывает, практически сразу вводится в бой. А бой есть бой. Снова потери, снова некомплект. Курсантов практически кормить нечем. Прибывают, имея сухпаёк на сутки-двое. Вот и всё их довольствие. Хорошо, отбили трофейную полевую кухню… – Сколько дней вы сможете продержаться теми силами, которые имеете в наличии? – Сутки-двое, не больше. При условии, что немцы не усилят нажим и что нам будут приданы танки. Пока против нас действуют сапёрные части и разведка. Если пойдут основные силы, они сметут нас с шоссе за несколько часов. – Ну уж и сметут! – Вы, я вижу, товарищ Маршал Советского Союза, не верите мне? – выпрямился над картой Старчак. – Я вам докладываю реальное положение. – Присядь, присядь, капитан. Успокойся. Как воюют курсанты? – Курсанты дерутся храбро и умело. Рвутся в бой. Вчера отряд удачно контратаковал. Особо отличилась рота старшего лейтенанта Мамчича и батарея старшего лейтенанта Носова. Немцы применяют штурмовую авиацию. Во время бомбёжек гибнет много людей. Нам нужна поддержка с воздуха. Хотя бы несколько истребителей. И танки. Чтобы контратаковать, нужны танки. Мои десантники захватили у немцев танкетку, отремонтировали, установили пулемёт. К сожалению, вчера в бою мы её потеряли. В последние сутки характер артобстрелов изменился – немцы начали интенсивно обрабатывать фланги. Применяют тяжёлый калибр. Будённый молчал. И только когда Старчак рассказал об изменении характера артиллерийских обстрелов, маршал рассеянно взглянул на него. На карте лежали сильная лупа в медной оправе, красный и синий карандаши. Будённый взял лупу, подвигал ею. Потом переложил на другой край столика цветные карандаши. – Тяжёлый калибр? – переспросил он. – Да, сто пятьдесят, не меньше. – Подвёли со стороны Рославля? – Может, со стороны Рославля, а может, перебрасывают с севера, из-под Вязьмы. Мы такую глубокую разведку не проводили. Видим, как и воюем, на три-четыре километры в глубину, не больше. – А окруженцы идут? – вдруг спросил Будённый, резко меняя тему. – Идут. Буквально вчера на наши позиции вышли остатки роты из сто тринадцатой дивизии. Выходят. Принимаем. Проверяем. И – в окопы. – Правильно! Пополняйте ими роты. Они народ бывалый, пороху уже нюхнули. Знают что по чём. – И Будённый внимательно посмотрел на Старчака. – Или – как? Обдристанные идут? Ненадёжные? – Всякие. В основном злые и раненые. Голодные. – С оружием? Или винтовки в лесах побросали? – И с оружием, и без оружия. Всякие. Даём трофейное. Воюют. – Ну вот вам на первый случай и пополнение, капитан! Сколачивайте их во взводы – и в бой! – Пополнение-то пополнение, если другого нет… Но там ваши люди… Заградзастава. С ними старший батальонный комиссар. Говорит, что действует по личному приказу товарища Мехлиса. Услышав имя Мехлиса, Буденный встрепенулся. Спросил: – Что такое? Какой ещё старший батальонный комиссар? Почему старший батальонный комиссар выполняет не свойственные ему функции? – Вчера по его приказу чуть было не расстреляли остатки вышедшей роты. Той самой, из сто тринадцатой дивизии. А они в первом же бою показали себя с хорошей стороны. И теперь обороняют самый ответственный участок, у дороги. – Чёрт знает что творится! Несколько дней «языка» взять не могут, а своих хватать… – Будённый швырнул карандаш, нахмурился и сделал знак полковнику, который всё это время сидел рядом. – Разберись-ка там. Что там за комиссар от Мехлиса? Люди выходят с оружием, дерутся, а они, сукины дети… Куда ж им теперь, в плен? – И повернулся к Старчаку. – Так сколько дней сможете удерживать свои позиции на Извери? – Пока они атакуют небольшими группами. Видимо, думают, что у нас тут основательная, глубокая оборона. Иначе бы не бомбили наши позиции тридцатью «юнкерсами». – Так что же вам нужно, чтобы продержаться вот здесь ещё двое суток? – И Будённый ткнул карандашом в голубую извилистую жилку Извери, которую перерезала чёрная стрела Варшавского шоссе. – Две-три маршевых роты. Если дадите курсантов, то хватит и двух. И три артиллерийских взвода: один поставить в центре, а два по флангам. Побольше снарядов. Бронебойных, осколочных и картечь. Я думаю, что теперь они бросят в бой танки. «Сорокапятки» для борьбы с танками не очень эффективны. – Как «не эффективны»? Ты же, капитан, хвалил своих артиллеристов! – Они стреляли с близкого расстояния. А на прямой наводке орудия будут быстро уничтожены танками. – Ладно, дадим. Всё дадим. И пушки, и людей. Продержитесь, капитан, ещё пару дней. Контратакуйте. Вот усилим вас, и сразу контратакуйте. Пусть они ещё хоть немного будут уверены в том, о чём вы только что сказали. Пусть они поищут брода. Здесь у вас очень удобная позиция. – Для успешной контратаки нужны танки. Вот если бы несколько танков, товарищ Маршал Советского Союза? Тогда бы мы действительно могли попытаться атаковать направлением на Юхнов. – Старчак скользнул пальцем вдоль шоссе, к Угре. – У нас тут были оборудованы хорошие позиции. После контратаки – ещё две роты пополнения, чтобы закрыть фланги. Тут, у Палаток, у них налажена переправа. – Как «переправа»? Разве мост не взорван? Приказ уничтожить мост через Угру в случае прорыва фронта и приближения колонн противника к Юхнову был отдан Старчаку. За взрыв моста он отвечал головой. – Мост мы взорвали. Приказ выполнен. Но они восстановили его. А рядом навели понтонную переправу. Ещё раз взорвём мост и уничтожим понтоны. Тогда они на Угре ещё сутки провозятся. – Надо вернуть Юхнов! – вскинул брови Будённый. Старчак ничего не ответил. Чтобы вернуть Юхнов, возможно, будет достаточно и батальона с танками и артиллерией. Но чтобы удержать его, мало будет и полка. Однако Старчаку хотелось сказать не это. Услышав о Юхнове, Старчак подумал, что для того, чтобы атаковать Юхнов, у него нет конницы и сабель… Атаковать Юхнов. Да знает ли маршал, что сейчас происходит в Юхнове? Сколько там войск и какие? Атаковать Юхнов… |