Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 560 – Василий Цветков

Восстановлению и дальнейшему развитию кооперации препятствовали, в частности, ограничения в регистрации кооперативов. С июля 1918 г., когда Добровольческой армией был взят Ставрополь, уставы кооперативных обществ должны были утверждаться губернатором. Для этого требовались, в частности, предоставление справок о «благонадежности» учредителей, бюрократическая процедура утверждения устава была длительной. В августе кооперативные союзы Ставрополья обратились к генералу А. И. Деникину (в ноябре аналогичное обращение было направлено в Особое Совещание) с ходатайством о восстановлении в силе кооперативного закона Временного правительства от 20 марта 1917 г.^[879]. Журналом от 22 января 1919 г. за № 29 Особое Совещание восстановило действие этого закона «на территории, находящейся под управлением Главнокомандующего Вооруженными Силами Юга России» (в том числе и в части упрощенной регистрации)^[880]. Таким образом, в Ставропольской, Черноморской губерниях и занимаемых Вооруженными Силами Юга России новых районах регистрация кооперативов должна была производиться путем утверждения уставов в соответствующих отделениях Окружных Судов.

По мере продвижения Добровольческой армии по Югу России, занятия крупных губернских и уездных центров в них восстанавливались правления кооперативных товариществ. Восстановил свою работу Московской Народный Банк. 6–8 августа 1919 г. в Харькове состоялся съезд управляющих южнорусскими отделениями Московского Народного Банка (далее МНБ). Было принято решение об образовании Временного Управления Отделений МНБ. Открывались отделения в Киеве, Новороссийске, Екатеринодаре^[881]. На съезде акционеров МНБ (в конце сентября 1919 г.) товарищ председателя Совета МНБ профессор А. Н. Анциферов отмечал, что «залогом возрождения России является возрождение сельского хозяйства». С этой целью МНБ предполагал расширить кредитование крестьянских хозяйств, даже несмотря на очевидные в условиях войны кредитные риски.

Создавались и новые формы сельскохозяйственной кооперации – союзы сельскохозяйственных кооперативов. Такое решение было принято на съезде Харьковского Общества сельского хозяйства (в августе 1919 г. преобразованного в Харьковский Областной Союз сельскохозяйственных кооперативов). Отмечалось, что уездные сельскохозяйственные общества стали переходить на новые уставы паевых кооперативных товариществ^[882]. Стремление к созданию более крупных кооперативных объединений было характерно для южнорусской кооперации летом – осенью 1919 г. О своей интеграции заявляли кооперативы Крыма. Уполномоченные Севастопольского союза кооперативов, а также Ялтинский, Перекопский, Симферопольский, Евпаторийский союзы создали в августе 1919 г. комиссию для решении вопроса о Крымском Союзе^[883].

Война стимулировала синдицирование кооперативных сил. 4 июля 1919 г. по соглашению Совета Юго-восточных Кооперативных съездов и Харьковского Областного Совета кооперативных съездов был создан Временный Комитет Кооперации Юга России во главе с А. И. Никитиным. По инициативе Комитета планировалось созвать съезд всех кооперативных Советов районов, занимаемых ВСЮР. Данная организация не замедлила заявить и о своих претензиях к власти. На съезде предполагалось рассмотреть, в частности, «отношение местных и центральных властей к кооперативным организациям», «стеснение свободы передвижения, товарообмена, отсутствие правопорядка». Одновременно с этим Совет Харьковских Кооперативных Съездов направил Управляющему Отделом Торговли и Промышленности Особого Совещания А. Лебедеву докладную записку, в которой отмечал необходимость правительственной поддержки крестьянским хозяйствам в получении сельскохозяйственного инвентаря, ограждения их от незаконных реквизиций.