Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 682 – Василий Цветков

Сам атаман Калмыков на протяжении всего 1918 года заявлял об определенной поддержке лозунга Учредительного Собрания как «верховного хозяина земли Русской», а также о защите органов местного самоуправления (как земско-городского, так и казачьего). Эта позиция отчасти повлияла на формирование мнения о его «демократических убеждениях», приверженности эсеровским, социалистическим установкам. Однако последующие его действия в качестве фактического «диктатора» Приамурья отнюдь не свидетельствовали о «демократизме».

Удержать свои верховные полномочия в войске Калмыкову вначале не удавалось. В начале марта в Гродеково и Имане прошли казачий сход и казачье-крестьянский съезд, признавшие советскую власть. Атамана собирались арестовать, и Калмыков был вынужден бежать в Китай. На станции Пограничная, расположенной на линии КВЖД, он приступил к формированию Особого Уссурийского казачьего отряда (ОКО), во многом аналогичного Особому Маньчжурскому отряду (ОМО) атамана Семенова.

Активная военно-политическая поддержка со стороны Японии существенно помогли антибольшевистскому движению амурских и уссурийских казаков. 23 апреля Калмыков отправил со станции Пограничная циркуляр о том, что полномочия войсковых структур управления (Войскового правительства и его, как атамана) остаются неизменными. Данное заявление оказалось весьма актуальным, поскольку 5-й («ликвидационный») Войсковой Круг все же принял решение: «Во избежание гражданской войны» «признать» советскую власть и приступить к объединению казаков и крестьян, хотя при этом отмечалась важность созыва Всесибирского Учредительного Собрания.

Что же касается признания «всероссийского центра власти», Калмыков так и не заявил о своем подчинении ни Временному правительству Автономной Сибири (П. Я. Дербера), ни Временному Сибирскому правительству (П. В. Вологодского), ни заявившему о своих полномочиях «Временного Правителя России» генералу Хорвату. Только в отношении сугубо военной субординации Калмыков выразил готовность подчиниться атаману Семенову, как начальнику Приамурского военного округа (с сентября 1918 г.). Атаман считал, что политические вопросы признания сибирской государственности должны решаться уполномоченным на то Войсковым Кругом, причем собранным без какого-либо постороннего давления (прежде всего, со стороны советской власти). Именно по этой причине решения «ликвидационного» 5-го Круга были позднее признаны недействительными, и после свержения советской власти в крае с октября 1918 г. начал работу новый, также 5-й по счету, Войсковой Круг.

В мае – июне 1918 г., воспользовавшись поддержкой Чехословацкого корпуса, ОКО атамана Калмыкова начал военные действия. Был образован т. н. Гродековский фронт, и 4 июля отряд занял Гродеково. 7 июля части ОКО вступили в Никольск-Уссурийский. Но уже в Гродеково Калмыков подтвердил свою позицию по отношению к Учредительному Собранию, а также заявил о продолжении войны против Германии и Австро-Венгрии (в условиях Дальнего Востока это означало, в частности, поддержку Чехословацкого корпуса и противодействие отрядам интернационалистов из бывших военнопленных). Свои полномочия войскового атамана Калмыков подтвердил как временные, действительные до созыва нового Войскового Круга.