Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 826 – Василий Цветков

А победы на фронте, естественно, изменили и отношение к Деникину со стороны его «покровителей», «англо-французских империалистов», уже размышляющих о возможностях «сотрудничества» с советской властью. В речи на митинге, посвященном годовщине декабрьского восстания 1905 года в Пресненском районе (19 декабря 1919 г.), Ленин, отмечая несомненные военные успехи РККА, считал неизбежным перемены и во внешней политике: «…Мы видим, товарищи, что все те неслыханные тяжелые бедствия, которые рабочий класс перенес ради победы, мы знаем, что теперь, когда окончательно разгромлены войска Колчака, когда недавно восстания в Сибири, по всей видимости, лишили возможности остатки колчаковской армии перебросить к Деникину, когда под Новониколаевском были захвачены громадные военные силы, – видимо, никакой колчаковской армии нет. В настоящее время на юге, где Деникин имел возможность хвастать успехами, мы видим там все более и более усиливающееся наступление нашей Красной Армии. Вы знаете, что Киев, Полтава и Харьков взяты, и наше продвижение к Донецкому бассейну, источнику угля, происходит с громадной быстротой… Мы видим, как за границей, где капиталисты до сих пор оказывали миллионами рублей и всяческими военными припасами помощь сначала Колчаку, а потом Юденичу и Деникину, мы видим, как они заколебались…, перелом в международной политике надвигается…, громадные внутренние силы рабочего движения каждой страны действительно привели к тому, на что мы всегда надеялись…; мы не только спасаем Советскую Россию, но и привлекаем к себе с каждой неделей борьбы сочувствие и поддержку миллионов и миллионов рабочих других стран…»^[1271].

Заслуживают внимания и те тезисы и оценки, которые были даны Лениным многим рассматриваемым в монографии проблемам в его докладе на VIII съезде РКП (б) (18 марта 1919 г.). Примечательна, например, оценка возможностей «переговорного процесса» с белыми, отношение к перспективам созываемой по инициативе В. Вильсона конференции на Принцевых островах. Ленин напоминал делегатам важность компромиссов, оправданных, в частности, борьбой за пропаганду интернационального характера внешней политики: «…Когда мы ответили согласием на предложение конференции на Принцевых островах, мы знали, что идем на мир чрезвычайно насильнического характера. Но, с другой стороны, мы теперь больше знаем и о том, как подымается в Западной Европе революционная пролетарская волна… Когда нашему ЦК пришлось обсуждать вопрос об участии в конференции на Принцевых островах вместе с белыми, – что, в сущности, сводилось к аннексии всего, что белыми занято, – этот вопрос о перемирии не вызывал ни одного негодующего голоса в среде пролетариата, и так же отнеслась к этому и партия…».

Не меньшее значение в докладе имели свидетельства об эффективной работе советской власти, советской системы управления. «Нет ни одной страны в мире, которая сделала бы хоть десятую долю того, что сделала за истекшие месяцы Советская республика для рабочих и беднейших крестьян в смысле привлечения их к управлению государством… Вопрос о лишении избирательных прав буржуазии мы никоим образом не рассматривали с абсолютной точки зрения, потому что теоретически представляется, что диктатура пролетариата будет подавлять буржуазию на каждом шагу, но может не лишать буржуазию избирательных прав… Свободы для буржуазии мы не хотим, равенства эксплуататоров и эксплуатируемых мы не признаем, но мы рассматриваем в программе этот вопрос таким образом, что меры такого рода, как неравенство рабочих с крестьянами, Конституцией вовсе не предписываются… Буржуазию до Октябрьской революции и после нее никто из Советов не изгонял. Буржуазия сама ушла из Советов…»^[1272].