
Онлайн книга «Дети Антарктиды. На севере»
— Мне кажется тут и обсуждать нечего, нам нужно отдохнуть, — устало пролепетал Юдичев. — Да, пожалуй… — Матвею стоило больших усилий согласиться на отдых, хотя чувствовал он себя вполне бодрым. Волнение предало ему силы и он прошел бы еще всю ночь, но все же темнота отговорила его от этой затеи. Стали искать место для ночевки и наткнулись на большое здание, разительно отличающееся от всех остальных, поскольку было построено из бетона. Решили, что там будет значительно теплее, нежели в полуразрушенных срубах, и пошли внутрь. Здание оказалось корпусом для отдыхающих с множеством комнат и коек. Через теплые и толстые стены проникал лишь слабый сквозняк, поэтому решили костра не разводить, только ватты расходовать. Устроились в небольшой комнатенке с видом на озеро и пристань. Юдичев заснул почти сразу, а вот Матвею только и оставалось завистливо поглядывать на устроившегося в койке капитана, свернувшегося калачиком. В попытке нагнать сон, собиратель сел на подоконник и стал разглядывать звездное небо. Потом его взгляд упал на деревянный колодец из уже опостылевших взгляду бревен, и от воспоминаний ему сделалось худо. — Ты в порядке? — послышался сбоку голос исландца, походивший на шорох сминаемой бумаги. Наблюдательности Лейгуру было не занимать, он сразу подметил изменившееся лицо спутника. — Да, просто… — Он осекся на мгновение, думая, стоит ли говорить о внезапно посетившем его голову воспоминании? Решил не скрывать: — Моя мать погибла в похожем месте. Возможно даже где-то недалеко отсюда. Лейгур в ответ только промычал, слегка кивнув. Он простоял рядом с минуту-другую, вместе с ним наблюдая за ночным небом, а после произнес: — Я свою мать совсем не помню. Мне было три года, как ее не стало. Затем, словно не зная, как продолжить разговор, Лейгур резко добавил: — Надо бы поспать. Он направился к свободной койке. — Как ты это делаешь? — бросил ему вопрос вдогонку Матвей. — Так легко засыпаешь? Мне вот мысли покоя не дают, так и кричат в голове… Исландец сел на край грязной койки, которая на фоне сырой земли виделась теплой и уютной постелью. — Думаю об океане, плеске его волн, это убаюкивает, — ответил он и поднял на него взгляд. — У тебя есть любимый звук? Матвей на миг призадумался. — Пожалуй, — ответил он. Лейгур положил голову на подушку, закрыл глаза и стал бормотать: — Вот и представь его, словно он у тебя над ухом висит. Убеди себя, что ты там, рядом, а не здесь. Тогда заснешь. И словно в качестве примера исландец кажется уснул, тяжело задышав. — Лейгур? — шепотом окликнул его Матвей, желая убедиться, действительно ли тот спит. Ответа не последовало. Тогда собиратель решил последовать его совету, закрыл глаза и представил вой метели, бушующей за иллюминатором его дома на «Востоке»; потом гудение аккумулятора, глухие шаги за дверью в коридоре… Удивительно, но это сработало и через несколько минут он уже спал, облокотившись на стенку подоконника. Тягучее мычание раздалось посреди ночи и разбудило Матвея. Сон прошел не сразу, веки еще оставались тяжелыми, а странный звук, идущий с улицы, чудился ему кусочком сна, пока вскоре собиратель не почувствовал что-то неладное. Он протер глаза, нагнулся вперед и напряг слух. Да, ему не послышалось! Из большого здания напротив раздавался приглушенный вопль, но какой-то странный, будто лишенный жизни. |