Книга Эпоха королей, страница 26 – Нира Страусс

— Ничего, — ответила я быстро.

Дракон, медленно повернувшийся ко мне, приподнял бровь. Даже лепрекон выглядел скептически.

— Ничего?

— Именно так. Эти ботинки — подарок. Или, если вам так больше нравится, извинение за грубость моего, э-э, спутника.

— Хм. Приму их как подарок и извинение, значит.

— Я рада. — Я подарила ему добрую улыбку, зная, что он на меня не посмотрит. — Желаю вам хорошего дня.

— Хорошего дня? — переспросил он. Кровь на его лице и бороде начала подсыхать. Он больше походил на ребёнка, объевшегося клубникой, чем на капризное существо, способное наложить проклятие на десять лет. — Ты меня прогоняешь, девочка?

— Я бы не посмела, сэр. Просто подумала, что вам захочется вернуться к своим делам, от которых мы вас отвлекли.

— О, да, вы отвлекли меня от очень важного дела. — Он топнул ногой, хотя звук был едва слышен. — Но если я вернусь домой с новой парой ботинок, что скажет мой муж? Как я ему это объясню? Кто поверит, что трое дураков и красавица просто подарили их мне?

Мои губы расплылись в искренней улыбке.

— Тогда как я могу вам помочь? Может, написать записку для вашего мужа?

— Глупость несусветная. Так не делается. Подарок возмещается подарком.

— Если вы так настаиваете…

— Да, настаиваю! Так что говори! Одно желание тебе дарую, только одно и не больше.

В воздухе повеяло магией. Было похоже на запах жимолости, от которого зачесался нос.

— Вы очень справедливы, сэр. Моё желание — чтобы вы выслушали и исполнили желание…

Я подняла глаза на дракона и заметила, что он пристально смотрит на меня.

Его черты лица были расслаблены, рот слегка приоткрылся. Я определённо его удивила. Мне стало интересно, как он справлялся с лепреконами в прошлом. Представляю, сколько у него осталось шрамов.

Он молчал, и я приподняла брови.

По тому, как он закрыл рот и моргнул, я поняла, что мой неуклюжий намёк на то, чтобы он представился, не прошёл мимо. Через пару секунд он пробормотал:

— Мэддокс.

Я кивнула лепрекону.

— Желание Мэддокса.

— Исполню. — С явным неудовольствием он повернулся к дракону. — Слушаю тебя.

Дракон смотрел на меня ещё несколько секунд, после чего присел перед лепреконом, прикрывая раненую руку, и расправил крылья, чтобы они не касались земли.

— Прежде всего, прошу прощения за то, что побеспокоил вас. Я заслужил все эти раны. Вы отличный боец.

— Знаю. Говори по делу, не трать моё время.

— Нам нужно, чтобы вы проводили нас до ближайшего кнока² как можно быстрее. — Его просьба озадачила меня; я не знала, что такое «кнок». Это было слово из запрещённого языка. — Кратчайшим, верным путём. Готов отдать вам и свои ботинки, если…

— Зачем мне твои ботинки, грубиян? — перебил его лепрекон, размахивая руками. — Я похож на того, кто нуждается в подачках?

— Нет, я просто…

— Тьфу. Берите свои вещи и следуйте за мной, если сможете. — Не дожидаясь ответа, он взял мои ботинки (которые, без сомнения, не считались подачкой по его меркам) и направился в лес быстрыми шагами, не оставляя следов на снегу. — Либо я вернусь домой до полуночи, либо весь Робабо услышит ярость моего мужа.

Глава 6

Наид-нак — это самый мощный из известных на сегодняшний день гейсов.

А потому сопротивление ему влечёт за собой последствия.

Из запрещённой книги «О народе драконов»

Гвен подмигнула мне.

— Очень находчиво, — шепнула она и побежала к своей лошади. Я же почувствовала укол вины.