Книга Обреченные судьбы, страница 49 – Вероника Дуглас

Элидора бросила мне вызов, и она заплатит.

Пыль кружилась в голубом свете бирюзового пруда, который лежал за ним, и крики василисков эхом отражались от стен пещеры.

Схватив труп того, кого я зарезал, я выбрался из обморока и вскарабкался по стенам пещеры. Василиски закружились в воздухе и начали пикировать на меня, но я вызвал свирепый шторм, чтобы удержать их на расстоянии, ударив их телами о каменные стены.

Ничто не удержит меня от нее.

Я послал свои тени вперед, струясь сквозь тьму, в поисках присутствия моей пары. Подобно компасу, они указывали назад через извилистый зал ко входу в пещеру.

Какого черта она там делала? Я сказал ей держаться подальше.

С тяжелым телом василиска, перекинутым через мое плечо, я пополз вперед, поскольку ее боль становилась все сильнее. Если кто-нибудь из этих тварей доберется до нее раньше меня…

Появился проблеск белого света, и я тенью шагнул ко входу в пещеру.

Саманта стояла на одном колене у входа в пещеру, ее силуэт вырисовывался на фоне белого снега. Ее голова опустилась в изнеможении, но рука была поднята в нескольких дюймах от золотого барьера, который тянулся вдоль стены пещеры и обжигал мою кожу.

— Саманта! — крикнул я, бросаясь вперед.

Паника захлестнула меня, когда она не ответила. Я опустился рядом с ней. Ее руки дрожали, и она не подняла глаз и не признала моего присутствия. Черт.

Она вливала свою магию в барьер, но была совершенно истощена. Барьер приближался к нам с каждой секундой.

Я выбросил василиска через вход в пещеру, затем подхватил свою пару обеими руками и бросился через отверстие.

Я в шоке остановился, как только вышел на пронизывающий ветер.

Саманта изменила форму всей стены, создав пузырь вокруг пещеры — и по другую сторону барьера была Элидора.

— Что ты наделала? — я зарычал на злобное божество, но у меня не было времени прислушиваться к ее ответу. Барьер возник позади меня, когда пузырь быстро схлопнулся.

Дрожь сотрясла тело Саманты.

— Отпусти чертову стену! — крикнул я, превращаясь обратно в феникса.

Спина Саманты выгнулась дугой, и барьер с ревом устремился к нам, словно приливная волна кристаллического света. Я подхватил ее одной лапой, а василиска — другой, затем взмыл в воздух.

Обжигающий лунный свет потрескивал надо мной, будоража нервы и почти ослепляя, но я изо всех сил взмахнул крыльями и взлетел над стеной.

Порыв арктического ветра пронзил меня насквозь, и гора загрохотала.

Элидора. У нее хватило наглости напасть на меня сейчас?

Я резко накренился вправо и полетел вниз по склону, в то время как грохочущая лавина снега и камней следовала за нами.

Я разберусь с богиней гор в другой раз. Все, что имело значение, — это как можно быстрее доставить моего маленького волчонка в безопасное место.

Как только мы оказались в предгорьях и покинули владения Элидоры, я бросился к первому попавшемуся убежищу: пастушьей хижине, которой пользовались летом, когда овцы паслись в предгорьях.

Я бросил василиска и затем осторожно приземлился рядом с Самантой. Я трансформировался и поднял ее, затем пинком распахнул дверь хижины. Пыль взметнулась и закружилась в полумраке помещения. Мы были одни.

Саманта была ледяной, неудержимо дрожала и едва приходила в сознание.

— Что ты с собой сделала? — спросил я, опускаясь на колени.

Сжав челюсти, я влил в нее свою магию. Щупальца огня и жизни с ревом пронеслись по узам супружества, которые мы разделяли. Ее спина выгнулась, когда она застонала от экстаза. Я не останавливался. Я сосредоточил свою силу, согревая ее замерзшие конечности, закрывая кровотачащие раны, которые покрывали ее руки и щеки, восстанавливая ее силы. Все, что у меня было, я отдал ей.