Книга Сиротка для дракона. Бои без правил, страница 56 – Наталья Шнейдер

– Род? Какими судьбами!

– Привет, Дар. Хочу разузнать кое-что, – сказал Родерик, опускаясь в кресло и принимая у секретаря чашку с чаем.

С Даррелом Эджертоном они заканчивали боевой в один год. Родерик вернулся учиться, теперь уже на целителя, а Дар решил применить на практике кое-какие специфические знания и процветал, разыскивая компромат на неверных жен – или мужей, смотря кто закажет. А также в рамках закона отыскивая пропавших и занимаясь прочими щекотливыми делами.

– Самому лень бегать? – хохотнул Дар.

– Зачем ноги сбивать, когда можно заплатить? – в тон ему ответил Родерик. – Тем более, что ты в таких делах всегда был лучше.

Сыщик стал серьезным.

– Род, я ведь раскопал, кто ты на самом деле. Почему ты пришел ко мне и готов платить, когда наверняка есть те, кто подхватится по щелчку пальцев и принесет тебе все что надо на блюдечке с золотой каемочкой?

Родерик улыбнулся.

– Потому что это личное дело и оно не касается тех, кому еще принесут эти сведения.

Даррен всегда был умным парнем, и секретарь его тоже наверняка умеет молчать, не то что у декана международников. Но кое о чем не стоит говорить вслух.

– Рассказывай.

– Мне нужно узнать, не покупала ли одна барышня крысиный яд в течение последних десяти дней. Скорее всего, в лавке где-то недалеко от университета, но, возможно, и в городе.

– Описывай.

– Я нарисую.

Как и всех детей знати, Родерика учили рисовать, музицировать и слагать стихи. В кои-то веки хоть одно из умений пригодилось.

Дар протянул ему лист плотной бумаги и карандаш.

– Барышня, не девушка? – уточнил Дар.

– Барышня. – Кивнул Родерик, не отрываясь от рисунка.

– Тогда она могла послать кого-нибудь.

– Вряд ли. Ей не нужны были свидетели. И если найдешь лавку, запиши все, что скажет лавочник, и пусть подпишет.

– Ты и сам прекрасно знаешь, что он скажет – барышня покупала мышьяк исключительно в косметических целях. Потому что на настоящие зелья, с магией, у нее не хватило денег.

Среди состоятельных горожан и даже, как ни странно, знати, бытовало мнение, что умывание раствором мышьяка делает кожу белее. И сколько целители ни твердили, что отбеливать-то отбеливает, только результат может быть в прямом смысле убийственным, предрассудки сохранялись.

– Наверняка именно так она и скажет, – кивнул Родерик.

Он вернул портрет, не слишком тщательно выполненный, но Корделия узнавалась легко, добавил:

– Волосы рыжие, глаза серые с зеленоватым отливом. Веснушки выводит, но они заметны. Барышня эта – одна из лучших студенток целительского, и уж собрать мазь для белизны кожи она может и без мышьяка.

– Понял, – кивнул Даррел. – Что-то еще я должен знать?

Родерик коротко изложил ему суть дела.

– Понял, – повторил Дар. – Если она сама покупала яд, то найду. Но если все же посылала кого-то… – Он развел руками.

– Когда мне зайти?

– Завтра до вечера я пришлю тебе отчет. Все так же, мужское общежитие университета?

– Да, пусть передадут старосте целителей.

– Высоко взлетел, – расхохотался Даррел. – Счет будет в письме.

Выйдя из агентства, Родерик велел извозчику ехать к дворцовой площади.

На месте расплатился, вышел из экипажа. Обошел сад и нырнул в калитку, тщательно скрытую от несведущих людей иллюзией и охранными заклинаниями.

«Твой отец говорит: поднимайся на крышу. Полетаем».

Полетаем! От волнения сердце забилось чаще.