Книга Черная валькирия, страница 106 – Елена Милютина

— Геллерт, а почему вы, услышав все разговоры, просто не сбежали сразу после смерти графа! Он же не программировал ваш ошейник!

— Честно, первой мыслью было сбежать, но куда? Ошейник не был запрограммирован, но его было не снять без чипа владельца, а сыновья графа явно были не настроены меня выпускать. По документам я был собственностью графа, то, что документы подделка для маскировки, никого не волновало.

— А сбежать к отцу и второй бабушке?

— А где гарантия, что наследники не сдали бы меня вместе с ними? Тогда бы погиб и я, и отец, которому почему-то разрешили жить, если его существование можно было назвать жизнью, и бабушка Наира, и, возможно, Габриэль! Поэтому я не решился. Решил, будь что будет, но их подставлять я не стану!

— Вы мужественный человек, Геллерт, не каждый в вашем возрасте решится принести себя в жертву, что бы обезопасить родных! Я прошу простить мои вопросы, но это не праздное любопытство, во-первых я хочу ближе узнать человека, которому вручаю судьбу дочери, а во-вторых, я психолог, и если есть проблемы с нервами, могу помочь!

— Я прекрасно понимаю ваши мотивы и не обижаюсь. Обещаю ответить на самые неудобные вопросы.

Терра, Обен.

— Тогда я спокойно перейду к личным вопросам. Хорошо? Геллерт, вы взрослый мужчина, и, надеюсь, поймете мои мотивы. Я уверенна, у вас были любовницы, я это понимаю, но хочу узнать: у вас есть незаконнорожденные дети? Знаете, невесты и жены могут простить любовницу в прошлом, но ребенок не от нее травмирует их больше всего.

На удивление Аннабель, Геллерт побледнел, и не спешил ответить на ее вопрос. Что-то неприятное, связанное с детьми? Умерший ребенок? Умершая любовница? Но ответ будущего зятя развеял ее опасения.

— Видите ли, леди Аннабель, — глухо проговорил молодой человек, что бы ответить на ваш вопрос, мне придется рассказать об очень неприятных для меня моментах моей жизни. Сразу скажу, Элеонора знает все. И это ее почему-то не пугает! Когда меня в первый раз продали, из меня стали делать идеального любовника, мальчика для утехи богатых дам. Я выглядел старше своих 13 лет, в нашей семье поседение волос напрямую связано с взрослением мальчиков. Чем раньше взросление, тем раньше седина. Так что внешне я выглядел года на два старше, но по мозгам-то все равно был мальчишкой, и не всегда понимал, что от меня хотят, за что часто попадало от хозяйки, а альтернатива была уж очень страшной, хотя, вы же медик, врач по образованию, так что буду говорить прямо! Мне сразу было заявлено: или я слушаюсь хозяйку и ублажаю дам, или меня кастрируют, и ублажать мне придется, сами понимаете, кого! Пришлось выбирать из двух зол меньшее. Нас в группе было семеро, и, примерно после года так сказать обучения, когда нас уже должны были выпустить к клиенткам, был вызван врач, который провел какую-то процедуру, после чего мадам заявила, что теперь мы будем настоящие безопасные любовники, так как детей клиентки зачать от нас не смогут. Что с нами делали, не знаю, так как предварительно всех усыпили. Несколько дней все болело ужасно, потом все прошло, провели какой-то анализ, мне и еще двум мальчикам, оказалось, потребуется повторение процедуры через 2–3 года, так как мы слишком молоды. Дальше все пошло не так, как планировала мадам. У нее на меня были большие планы, из-за моих манер и правильной речи. Откуда все это взялось, ее не волновало. Возможно, я бы так и остался в ее борделе, и постепенно деградировал до обычного платного партнера для похотливых дам, но судьба распорядилась по-другому. Меня еще с одним мальчиком выкупила очень богатая дама, предложив фантастическую для хозяйки сумму. К сожалению, она была садистка по натуре, и, если старая хозяйка берегла внешний вид мальчиков, наказывала так, что бы не страдала кожа, то этой было все равно. Так что била она своих рабов, чем попало. Кормила тем же. У нее в доме я научился воровать. Еду. Через три месяца попытался сбежать. Но, если раньше ошейник был запрограммирован на слабое воздействие — легкий удар электротоком, небольшой ожог, то новая хозяйка перепрограммировала на самое жесткое воздействие, термическое с удушением. Куда идти я не знал, ошейник свалил меня в километре от дома хозяйки. Дальнейшее пересказывать не буду. Когда я смог немного передвигаться сам, меня тут же продали. И тогда я сломался. Потерял всякую надежду. Понял, что меня освободит только смерть. И стал ее добиваться. Хамил, не подчинялся, в общем, делал все, что бы меня признали непригодным и сдали на утилизацию. Но, почему-то никто этого не делал. Потом уже я узнал, что на утилизацию сдавали только с 20-ти лет и то при наличии явных увечий. Иначе не принимали, считали, что выдрессировать можно любого раба. Так что меня продавали и перепродавали, пока я не очутился у Каруса. Вот тогда речь зашла не о простой смерти, но о нескольких днях в мучениях. Это и был тот ужас, про который я вам говорил. И, когда мне повезло, меня узнал старый слуга, выпустил из чулана, где я сидел, ожидая своей казни, и рассказал о мастерской, где могут снять ошейник, я пошел, уже зная, что дойду. И дошел. Вот, рассказал все, что смог о самом тяжелом периоде своей жизни. Потом было проще, ошейник сняли, отправили к верному старой династии генералу, он понял, кто я на самом деле, стал учить, заставил вновь вспомнить манеры. Потом я повзрослел, появились девушки. Я вспомнил о той самой процедуре, и организовал себе проверку. Анонимно. Оказалось, что да, процедура имела последствия, вероятность беременности партнерши около 10 %. Но я все равно предохранялся сам. Элеонора все знает, иначе я не смог бы сделать ей предложения. Она отнеслась к этому спокойно, сказала, что при современных методах репродукции проблем нет. Пока нас прикроет Габриэль, а потом, когда на Обене все наладится, можно будет подумать и о ребенке. Так что то, что у меня нет бастардов, я знаю точно. Заодно, рассказал вам все про себя. Надеюсь, вы не зачислите меня в разряд негодных Элеоноре женихов.