Книга Любимая помощница инквизитора, страница 56 – Алёна Рю

Реннголд провел большим пальцем по костяшкам моего кулачка, посылая вверх по руке стайку мурашек.

– Хорошо, можешь не говорить, – произнес он тихо, и в его голос закралась бархатная хрипотца. – Я тебе доверяю.

Он поднял мою руку и развернул ладонь к себе. Медленно, прикрыв глаза, прижал к губам чувствительную середину.

Я сидела, завороженная. И совсем не понимала, что теперь делать. Наш спор так и не разрешился. Инквизитор не дождался от меня объяснений, а я не смогла убедить его, что он не прав. Мы внезапно уперлись в ничью, хотя Реннголд был куда более сильным игроком.

Как это произошло?

И что еще удивительнее, мне не хотелось забирать у него мою руку. Совсем не хотелось. Я по-прежнему боялась его, но теперь это ощущалось иначе. Меня пугал не великий инквизитор, а мужчина, горячими губами обжегший мою кожу.

– Леа. – Он опустил мою руку вниз, продолжая сжимать ее. – Обещай, что не предашь меня.

– Никогда, – вырвалось у меня из груди раньше, чем я успела подумать.

Черные глаза заблестели и в ту минуту показались самыми красивыми в мире. Я подняла вторую руку и легонько коснулась щеки инквизитора. Не знаю зачем. Просто хотелось до него дотронуться.

Еще долгую минуту мы так и сидели, не разговаривая, пока Реннголд не разжал пальцы, словно отпуская меня.

– Что ты нашла в отчете капитана шартонской стражи? – внезапно спросил он.

Я несколько раз моргнула.

– Эм… Там много, – начала я невнятно, но постаралась поскорее прийти в себя. – Больше сотни страниц, и сложно найти, что нам нужно…

– Есть такая тактика. – Реннголд кивнул. – Если нельзя не отвечать, то можно завалить противника документами. Выдать такое море сведений, что он в нем потонет. Это они, похоже, и решили провернуть.

– Но что нам делать? – спросила я. – Я нашла про Свифта совсем немного, но никаких объяснений. Теперь даже непонятно, зачем его вообще арестовывали, если в клубе ничего не нашли.

Инквизитор поднялся на ноги.

– Пойдем, покажешь.

Я тоже поднялась, но посмотрела на лежавшие на столе папки. Что теперь с этим делать?

Реннголд словно прочитал мои мысли.

– Из архива нельзя ничего выносить без регистрации у архивариуса. Так что сейчас все надо вернуть на полки. Но потом сможешь продолжить свое… исследование, – добавил он с паузой.

Я кивнула и пошла ставить папки обратно в шкафы.

– Я бы хотела понять, с чем и за что мы боремся, – проговорила я.

Хотя тема вроде была уже закрыта, все равно захотелось это сказать.

– Мы боремся за мир, процветание и безопасность, – ответил за спиной Реннголд.

– Но какими методами? – Я резко развернулась и едва не уперлась ему в грудь.

– Давай сначала разберемся с Ферией и контрабандой, – предложил инквизитор, снова погладив меня по плечу. – А потом уже будем поднимать старые дела. Так пойдет?

Это был неожиданный компромисс. От напряжения во мне что-то лопнуло, и вдруг захотелось прижаться к Реннголду. Обнять его, услышать, как бьется его сердце. И не думать. Не думать о том, кто мы, о том, что стало со всеми этими людьми из списка, даже не думать о Шартоне и отчете стражников.

Ну почему мы не могли быть другими людьми? Встретиться при других обстоятельствах и в другом мире? Там, где между нами не стояли бы его служба и мой дар. Где все было бы проще…

– Леа, – окликнул меня инквизитор уже в дверях, – пойдем.