Книга Рыжий и черный, страница 18 – Татьяна Лаас

Демонова лиса снова подобралась к нему и явно высмеяла его своим долгим, насмешливым тявканьем.

— Не дождешься… — еле выдавил он из себя.

Чтобы прогнать серую хмарь, пытавшуюся его отправить в небытие, он хватал пригоршнями ноздреватый снег, запихивая в рот и тут же выплевывая его с кровавыми сгустками. Растирал виски снегом, до боли царапая кожу. Пытался сесть, чуть не заваливаясь обратно. Вот же… Там Лиз в одиночестве… Еще решит, что он её бросил… Надо встать, надо вернуться, надо заставить себя двигаться…

Лиса последний раз тявкнула на него и решительно пошла прочь.

Где-то высоко в небесах обреченно прозвучало:

— Балбес… Ну почему ты меня с собой не взял?

Чем бы ему помогла Лиз, он сперва не понял, но, когда она подперла его в спину, помогая сидеть и не падать, а потом еще и потащила за руки вверх, заставляя вставать, он понял, что был не прав.

Потом… Через час, не меньше, сидя в кресле и блаженно ложка за ложкой черпая горячую кашу, он понял, что ни за что не сможет отказаться от Лиз. Только не от неё. От всего сможет: от службы, от рода, от города или вольного простора, но не от неё.

— Грег… — она отложила свою ложку в сторону.

Сил говорить почти не было — удержаться бы на краю сознания. Он чувствовал себя утопающим, из последних сил хватающимся за край проруби — отпустит, и тьма сомкнется вокруг, поглощая навсегда.

— Ум?

— Ты не Брок, не мычи… — грустно улыбнулась Лиз. Усталая, бледная, с мокрыми от пота волосами — столько тащила его назад к хижине, но такая родная и нужная.

— Я не мычу, я кашу глотал… — солгал Грег, тут же зачерпывая ложкой рис. Еще бы мимо рта не пронести. — Лиз?

— Как ты думаешь… Мог тебя Верр проклясть?

Грег замер, всерьез обдумывая её слова. Что-то в этом было, хотя в памяти опять всплыла фраза про повторение истории. Всерьез уже было с Броком, с его не вовремя произнесенным: «Чтоб ты сдох!». Здесь, скорее фарс — Верр не следит за языком, как бойцовский петух, бросаясь на всех.

— Не думаю.

— Он говорил, что ты пойдешь глубоко. И да, я помню, он так уже орал… Но мало ли. Меня смущает совпадение: его замечание про глубоко и тут же ночью катакомбы.

Он, быстро проглатывая кашу, сказал, чтобы Лиз не волновалась:

— Я сегодня же проверюсь. Не переживай — если проклятье есть, его найдут.

— А ведь еще есть принц Анри. — Лиз нахмурилась. — Я понимаю, что он будет мстить. Пощечину, которую я ему дала, он не забудет. Может… Это и есть начало его мести.

— Лиз… — он выпрямился в кресле, еле прогоняя дорвавшуюся до его сознания тьму — ему сейчас важно успокоить Элизабет. Он положил свою руку поверх её мелкой ладони. — Я разберусь…

— Я не говорила тебе… Не хотела расстраивать вчера… Но за мной вчера весь день ходили какие-то люди — меня вполне профессионально пасли.

Грег нахмурился:

— Мюрай, да?

Лиз его не поняла:

— Нет, Брок бы сказал, если бы пустил за мной топтуна.

Он поправился:

— Я имел в виду иное. Брок научил выявлять слежку, да?

— А кто же еще… — она зачерпнула своей ложкой остатки каши, подула и сунула Грегу в рот: — Ешь! Брок… Понимаешь, он прикрывал, конечно, как мог, добычу потенцита в катакомбах Аквилиты, но и мы сами должны были отвечать за свою безопасность.

Грег признался:

— Слежку за тобой и за Андре организовал принц Анри. Из лучших побуждений. Он хочет оградить тебя и Андре от выходок моего отца.