Онлайн книга «Я сделаю это сама»
|
Меня заметила девочка Меланья. - Смотрите, барыня поднялась! Какая ж я вам барыня, думала я, пока брела к ним. - Госпожа Женевьев, ну что же вы подскочили-то, вам лежать надо, - засуетилась Марья. Вытерла руки о фартук – остались грязные следы, подскочила ко мне. - Позвали бы, не нужно вам босиком ходить! Я сейчас найду ваши башмачки. И вообще что надеть. Негоже по двору в рубахе ходить, правда же? Какие ещё башмачки и что там вообще? Я оперлась на стену той самой хозяйственной постройки и огляделась. С одной стороны – высокие горы. Покрыты лесом, похожи на наши. И земля здесь совсем не ровная, дом Пелагеи так построен, что я сейчас вижу два этажа, а с обратной стороны, наверное, один. Дом красивый, весь в деревянной резьбе. Ладно, а что с другой стороны? Я зашла за угол и задохнулась от открывшегося простора. Дома спускались к берегу озера, второй берег которого виднелся далеко-далеко. И тут, и там горы. Синее небо, синие волны. На воде ветерок. Столько воды, столько неба и столько гор, покрытых лесом такого характерного вида могло быть лишь в одном месте на земле. И я это место хорошо знала. Доводилось бывать на обоих берегах, и на самом севере тоже, а на юге – так и вовсе, живу ж рядом. В общем, если это не Байкал, то я не знаю, кто я теперь. Так, значит, я, всё же, не совсем потерялась. Просто нужно понять, у кого взять лодку, и чтоб довезли до цивилизации. - Пелагея, куда отсюда ближе всего добраться? – я повернулась к хозяйке. – Северобайкальск, Ольхон, Листвянка? Та подняла голову от рыбьих кишок и посмотрела на меня странно. - Куда собралась-то, болезная? - Ну как – домой. Мне нужно связаться с родными, чтоб забрали. Они ж там меня ищут, бедолаги. - Куда это вы собрались, и каких родных себе придумали? – сощурилась госпожа Трезон, да как злобно сощурилась! - Почему это придумала? – не поняла я. - Потому что нечего хозяйке голову морочить, ясно? Нет у неё никаких родных! Только сын один, но он знать её не желает и сюда за ней не поедет! Муж её давно концы отдал, сама ж, наверное, и помогла, а отец и братья – так и того раньше! И всё, нет у неё никого, она просто хочет сбежать! - Эй, как вас там, вы вообще здоровы? – я подошла к склочной бабе и потрогала её лоб, она дёрнулась. - Не смейте меня трогать, - прошипела, того и гляди – укусит. - Рот закрой тогда, - отрезала я. – И глупостей не говори. Особенно о том, чего не знаешь, и знать не можешь. - Чего это я не знаю? Всё я знаю! Господин дознаватель всё мне рассказал! Всю вашу подноготную! Все-все нужные сведения про вашу подлую натуру! - Ври, да не завирайся, - отмахнулась я. Ну её, эту мерзкую склочную бабу. Не до неё сейчас. - Пелагея, есть у кого лодка? Если я смогу дать знать мужу, он встретит и всё оплатит. - Какому ещё мужу, совсем свихнулась! – завопила тощая госпожа Трезон. - Госпожа Женевьев, да что вы говорите такое, господин маркиз давным-давно отдал богу душу, как тогда под Рождество переел – так и отдал, и даже королевский целитель его не спас, вы что, совсем ничего не помните? – Марья, вышедшая из дома с какой-то одеждой в руках, чуть не плакала. - Всё она помнит, просто врёт! Потому что она всю жизнь врёт! Всем врала! И мужу, и королю, и на следствии врала тоже! - Бога побойся, кто может на следствии соврать, там маг на тебя смотрит и всё про тебя сразу знает! – не сдавалась Марья. – Сразу видно, ничего ты о том не знаешь! А я там была, и меня тоже допрашивали! А ты так, примазалась! И ещё неизвестно, что тебе здесь понадобилось, и чем ты там провинилась – потому что добрых-то людей сюда не шлют! Только закоренелых преступников и невинно оговорённых, как госпожа Женевьев! |