Онлайн книга «Проклятие черного единорога. Часть третья»
|
Её желание усиливалось с каждым вдохом. Но с каждым её стоном жизненных сил становилось всё меньше. Чародейка видела, как её сияние истощается, но не могла противиться. Мужчина опустился ниже. Коснувшись губами груди Дженны, он потянулся рукой к развилке между её ног. Даже сквозь одежду — толстую шерстяную ткань юбки — девушка почувствовала его прикосновение. Под настойчивым движением его пальцев в животе чародейки вспыхнул сладостный жар. Волна света прокатилась до самого горла и разорвалась в сознании ослепительной вспышкой. Девушка вскрикнула и обмякла. И вслед за светом наступила тьма. * * * Это была пустота. Не в обыкновенном её понимании как отсутствие абсолютно всего — нет, ведь здесь была Дженна, — но пустота сосуда, в который залетела случайная песчинка. Чародейка видела, как потолок над её головой, стены вокруг и пол под ногами складывались в серый коридор. Коридор и пустота были едины. И это никак не противоречило друг другу. Это не смущало Дженну, не пугало и не удивляло. Внутри у неё тоже было пусто. Девушка медленно направилась вперёд. По дороге она заглядывала в замочные скважины дверей — в комнатах не было ни души. Она шла и шла. Одни коридоры приводили в следующие. Все они были серы и совершенно пусты. Чародейка шла и вспоминала, что такая же точно пустота царила на улицах, в лицах и словах — в её родном мире. Дженна-Василиса снова видела его за широкими окнами как наяву. Башни небоскрёбов отражались от куполообразного неба. Улицы делили землю бороздами линий и углов. Город ей ведь только снится? Или всё, что было до него, ей только снилось? В коридоре было душно — это, пожалуй, единственное, что ощущала Василиса. Она остановилась и попыталась открыть окно, чтобы глотнуть воздуха. Но ручка ускользнула из её пальцев, будто была плоской, нарисованной. Девушка покрутила головой, озираясь. Всё, что она видела вокруг себя, было словно нарисованным на листах бумаги. «Я рисовала сплетение энергетических сосудов, — напомнила Василисе Дженна. — У меня не было красок, поэтому здесь нет цвета. В этом сосуде пусто, потому что я сама не заполнила его. Кто знает, к чему приведёт такая живопись? Вдруг у меня не получится нарисовать что-то хорошее? — подумала она и тут же сама себя отругала: — А что, всё это лучше? Неужели я не смогу нарисовать солнце и небо? И… — Василиса задумалась. — И дракона на синем небе… — она посмотрела на одну из башен. — Вон там его будет ждать принцесса, которую дракон должен спасти». Дженна-Василиса глубоко вздохнула. Ей страшно не хватало воздуха. — …Дыши, мой маленький дракончик, — эхом пронёсся по коридору тихий шёпот. «Я дышу, — ответила она мысленно. — Но кто-нибудь уже откройте окно, здесь же нет воздуха». — Все окна открыты, — ответил другой голос. — Тебе не хватает витали, а не воздуха… «Индрик, Сайрон? — с беспокойством подумала девушка и, ощутив внезапную усталость, присела у нарисованного окна. — Вы живы? Мы живы? Где я?» Воспоминания возвращались к ней. Метель, пещера изо льда, дух зимы и… Чувства возвращались, но от них Дженне стало дурно. Она повалилась на пол, хватая ртом воздух. — Мы-то живы, — сказал Индрик. — Благодаря тебе… А вот ты сама — посередине… — Дженна, — прошептал Сайрон. — Дыши, пожалуйста… Ответить учителю она уже не смогла. Её скрутил озноб. Коридор и окна рассыпались ледяными осколками. Они распороли кожу и вонзились в мускулы, кости, вошли глубже костей… |