Онлайн книга «Птицелов Его Темнейшества»
|
— Так… так что тогда делать? — подумав, уточнили с задних рядов. — Всеми силами удерживать на должности нашу дорогую Маргариту Сергеевну, конечно. Подумайте сами: ну где мы еще такую найдем? С ней тут очень даже не плохо. А уж какие перспективы открываются! — Какие же? — Ну сами посудите: подразделение остается, так как начальник доказал свою профпригодность. Собственно, значит и расходы подтверждены. Но при этом Дьяволу о нас легче забыть, чем помнить. Это же будет не Ад, а самый настоящий Рай! Все, что было, но без еженощных визитов Его Темнейшества! В кабинете снова звонко упала тишина. А потом мужское море как-то одновременно задвигалось, забегало и заголосило на все лады: — Так, кого будем призывать к оплате? Мне нужно понять героя. Чем он дышит? Чем живет? Я не могу так работать. Мне нужны исходные данные! — Марго он видел. Значит сбежит, я правильно понимаю? Мало грима. Человек- это не только парик-очки-кофта. Это манера держаться! Это походка! Это мимика… — Что у нас с риторикой, уважаемая Птицелов? А с дикцией? Давайте-ка, пока, попробуем изменить тембр голоса. Повторяйте за мной… — Сценарий! Сперва надо утвердить сценарий! — Вы умеете садиться на шпагат? А если поднажму? И мне на миг показалось, что где-то между отчаянием и смирением, какой-то контракт с Дьяволом я, все-таки, нечаянно подписала. Глава 7 — «Найн»! «Ист бин" найн-куда не есть годится! — орала я, звонко отщелкивая хлыстом по высокому глянцевому ботфорту- И еще раз! И «айн», и «цвай»… — Я больше не могу, — рыдал покрытый обильным потом певец, падая плашмя на паркет- Зачем это все?! Пусть отрабатывает подтанцовка! — «Хайте денен мунт»! Рот есть закрыть! — рявкнула я, и попала хлыстом как раз по не прикрытому сапогами бедру- «Шайсе»! Ты есть хотеть мировая слава? Я есть давать «Рум»! Твой новый продюсер… — Кстати, она чем-то на Вас похожа, — подозрительно прищурился объект моих издевательств. — «Найн»- чем не похож! Он есть красная. — Рыжая, — поправил меня певец- В мелкую кудряшку. И да, она ниже, вроде. И фигура другая… Но вот что-то неуловимое есть. — Мы все, кто есть делать слава и деньги есть походить! — прорычала я- «Хайт денен мунт!» Молчать! Встать! Еще раз. И плие… и… «айн» и «цвай» и нога есть палка. «Драй унд фире», жопка втянуть! И прыжок и упасть. И встать и снова. — А-ааа! — взвыл несчастный- Восьмой час! Я все. Я выдохся. Давайте просто еще один кордебалет наймем? — Мир есть хотеть мужчина, который двигаться! — и я неприлично качнула бедрами- Который сам. Йа-йа, даст ист фантастиш! Который и прыг и сюда. — Я не могу "прыг и сюда", — зашмыгал носом парень- У меня растяжки нет. — Да?! — загорелась я- Это есть замечательно! Мы сейчас будет это исправлять! Клаус! «Их браухэ дринен хейфе!» Мне есть срочно нужен помощь! Лови его. — А-ааа! — заорал талант и откуда-то достав остатки сил прямо на коленях рванул к выходу из зала. — Куда! — попыталась округлить я глаза, донельзя растянутые к вискам, путем затягивания слишком тугого высокого хвоста из волос на моей макушке- Я есть быть жаловаться! — Я сам есть быть жаловаться! — огрызнулся певец- Где эта новая продюсер?! — Клаус! — немного испуганно взвизгнула я. Огромный качек-амбал, тупо нанятый для происходящего в ближайшем охранном ЧОПе, и гениально молчащий в абсолютно любой ситуации, моментально проявил редкостное понимание. Он упал плашмя на стремящееся к дверям тело, эффективно производя болевой захват, заламывая певческую руку. |