Онлайн книга «Нечаянные крылья»
|
А когда открыл, увидел озеро, гладкое, как стекло, прямо у себя под ногами — сделай шаг, и окажешься в воде. Над озером клубился белесый туман. — Искупайся, и сразу почувствуешь себя замечательно, — предложила Шала. — Видишь, как тут тепло? В этом озере теплая вода, ее согревает подземный огонь. Сразу уйдет и усталость, и все тревоги. — Это озеро забвения, как в сказке? — пошутил он. — Нет. Это просто целебное озеро. Оно, наоборот, оживляет память. Но при этом еще и дарит душевное равновесие. Ардай засмеялся: — С меня хватит и того, что это просто вода! Теплая, говоришь? После кузницы Рая о большем и мечтать не следовало. Он не спеша стаскивал одежду, бросая ее на камень, так что Шала его опередила, она разделась по-соддийски, щелчком пальцев, ничуть его не стесняясь, и вбежала в воду… Вода оказалась теплее парного молока, и что там про оживление памяти — кто знает, верно ли. Скорее уж, Ардай забыл обо всем на свете. А душевное равновесие — да, равновесия им хватило, чтобы, смеясь и то и дело перешучиваясь, наплескаться вволю. Зато, когда они, взявшись за руки, выбрались из озера, равновесие закончилось. То есть, совсем. Ардай поцеловал Шалу, когда они еще стояли по колено в воде, и как они сделали последние два шага до каменистого берега, он не помнил. Они опять целовались, а потом просто упали на камни, которые, как ни странно, не были твердыми, совсем не были… Лишь потом Ардай с удивлением обнаружил, что они лежали не на камнях, а толстом и мягком одеяле из зеленых и черных лоскутков. Воистину, лесную ведьму и тут врасплох не застанешь… Шевелиться не хотелось, говорить — тоже. Он был счастлив. Наконец, Шала сладко потянулась и пробормотала: — Ну, кто бы мог подумать, мой первый мужчина — черный дракон. Он приподнялся на локтях, чтобы заглянуть ей в лицо. — Неправильно, малышка. Слово "первый" лишнее. Ты что, счет начинаешь? Надо так: твой мужчина — черный дракон. — Хорошо, — она улыбнулась. — Как скажешь… мой дракон. — Вот так мне нравится. Он легонько поцеловал ее, потом опять лег, обнял девушку, притянув к себе, запустил пальцы в ее еще не просохшие волосы, прошептал: — Остаться бы тут, а? Хорошо как… — Мы останемся, — ответила она тихонько, — конечно, останемся. Это наша ночь, до самого утра. Если ты хочешь. — Я хочу. Он подумал, что вряд ли их хватятся в деревне, а если и хватятся — ничего, пусть. Все ведь понимают, что к чему, недаром заладили — не влюбляйся, не влюбляйся. А если и перепадет головомойка от Деда — он переживет. Ведь эта ночь в их жизни, первая их ночь — она одна и больше не повторится. Впрочем, конечно, будут другие. Много других. В этом он не сомневался. Он проснулся, и сразу узнал то самое одеяло, но озера рядом не было. Он лежал на деревянной кровати в какой-то комнатушке, пряно пахло сухой травой, а в окошко прямо перед ним вовсю светило солнце. Шалы нигде не было видно. Его одежда была аккуратно сложена возле кровати, он поспешно оделся. На столе — глиняный кувшин, на ощупь — горячий. Ардай понюхал содержимое — травник с медом, пахло до одури вкусно, и он отхлебнул прямо из горлышка — никаких чашек и стаканов рядом не наблюдалось. Мать бы рассердилась, ну так у нее и стаканов всегда было вдоволь. Угли в печурке еще не остыли — Шала должна быть где-то поблизости. Он вышел, огляделся. Домик снаружи был неказист, даже не домик, а хибарка, тонкие стены, кажется, руками развалить можно. Определенно не тот домик, в котором они прятались когда-то с Крейном, уже другой — сколько их у Шалы, таких домиков? А может, и не ее они вовсе? Рядом — скала, высокая, похожая на диковинный зуб, чуть дальше, в паре десятков шагов — то самое озеро. Земля мокрая, на кустах капли — был дождь, значит. Потому Шала и затащила их под крышу… |