Онлайн книга «ДРАКОНиЯ тайна»
|
Он просто выдохся. И после очередного удара двойкой, который буквально сбил его с ног, де ла Ньетто элементарно не успевал подняться, когда правый форвард зарядил в меня проклятой единицей. Она летела, как файербол. Я попыталась уйти от удара, но понимала, что сейчас меня им снесёт… Но де ла Ньетто успел. Этот идиот всё же умудрился подняться, и мяч, повторив недавний успех центрфорварда противников, влетел Диего прямо в лоб! Трибуны ахнули. Я заорала от испуга. Де ла Ньетто медленно оседал к моим ногам, как сломанная кукла. Сквозь вату, внезапно забившую уши, я слышала сигнал судьи, краем глаза видела испуганного игрока, который доказывал, что он не специально, но для меня существовало только безжизненное лицо Диего. В один момент между нами словно разорвалась связующая нить, и это было неожиданно больно: видеть его, но не чувствовать. Словно он перестал со мною говорить. …Хотя как он мог говорить, он же без сознания! Его грудь медленно поднималась. Он был жив. Я опустилась на колени и осторожно убрала с его лба прилипшие пряди. От этого прикосновения в груди словно затеплился огонёк. Я снова провела пальцами по его лицу, распаляя внутри костерок радости и чистого удовольствия. Глядела на приоткрытые губы де ла Ньетто и ощущала себя той самой душевнобольной принцессой из сказки о Мёртвом Принце-драконе, которая сдуру полезла целоваться с трупом. — Диего, — позвала я тихо. Всё равно меня никто не слышит. — Сделай так ещё раз, — прошептал он и… открыл глаза! Вот же гадёныш! Меня оттолкнул лекарь в синей униформе, но де ла Ньетто уже поднимался, держась за голову и показывая, что у него всё в порядке. Зато у меня горели пальцы, которыми я только что гладила капитана. Благая Тень, какой же идиоткой я выглядела со стороны!.. Я закрыла лицо руками. — …да Бьянка же! — вырвал меня из самоуничижения голос Рика. — А? — Повязку, говорю, давай! Я уже в норме! Я потянулась развязывать, но опустила ладонь и с беспомощным видом протянула приятелю плечо, позволяя самому снять знак центровой. Не хватало ещё, чтобы кто-то заметил, что ладонь моя покрыта безобразными бордовыми пятнами! По ту сторону сетки разыгрывалась настоящая трагедия. Никакие оправдания форварда не могли его спасти. Удар единицей в голову — в любом случае удаление, и не важно, что он не хотел. И не должен хотеть, вообще-то. Впереди оставалась почти четверть игры, у нас был полуживой отбитый капитан, который категорически отказывался уходить с площадки, центровой после черепно-мозговой травмы, зато мы оказались в большинстве. Команда Военной Академии лишилась сразу двух форвардов. И это был наш шанс! Как мы играли… Как мы играли! Как в последний раз! Нам осталось несколько минут и два очка до ничьей. Раздался сигнал к подаче. Мою кручёную тройку приняли, в ответ я приняла четвёрку, переправляя её под сетку. Не знаю, что заставило меня побежать следом. Не могу сказать что. Понятия не имею, зачем я там оказалась. Я просто побежала. И де ла Ньетто вместо того, чтобы зарядить перехваченную от противника единицу, кинул её назад, прямо туда, куда я бежала. Я подхватила её и легонько перекинула через сетку. Капитан противника кинулся к ней, открыв центровую, по которой и ударил Диего полученной справа двойкой. Раздался сигнал окончания игры, и на табло появилось первое полученное нами очко — это попадание в центровую. Потом ещё одно — это моя, не пойманная капитаном противника единица. Ничья! |