Онлайн книга «Семь снежинок на ладони»
|
Я и с остальными богами ссориться не собиралась. Я и их магии научусь. Со временем. Только придумаю как – и научусь! В самом конце я подошла к алтарю Лохи и Фройи. Вот чьё покровительство мне бы сейчас особо помогло! И да, нужно поподробнее разузнать про магию Фройи. Очень любопытные факты выяснились о ней из пьесы Сказкаарда и рассказа Рауля. Мне, кстати, ещё обиженному Олли ответ писать! О Годин! Сколько дел! Когда же жить? Я поторопилась к себе – переодеться после прогулки – и направилась в мастерскую. Судя по солнцу, скоро все будут в сборе. * * * В мастерскую я планировала спуститься тихо, в надежде подслушать что-нибудь интересное, но на полпути меня нагнали Лея и Лова, и мой прекрасный план сорвался прямо в полёте. – Доброго времечка, – подобострастно улыбаясь, поздоровалась Лея. – Доброго здравия, – поддержала её Лова, как обычно, бесстрастно. От неё веяло какой-то неосознаваемой опасностью, что ли? Неуютно. – И вам доброго здоровья! – поддержала я разговор. – О чём нынче в деревне говорят? Так-то меня Хайди в курсе новостей держит, но последние дни как-то не случается спокойно поболтать. Я не ждала особых откровений. Но разговорчивая Лея обрушила на меня водопад совершенно бесполезной информации: у коров начался сухостойный период, и козы почти не доятся, а корма-то «ядять». А у Свентссонов на окраине лиса повадилась кур душить. А Петерссоны сена мало заготовили, так ведь скотина-то и подохнуть «могёть». К тому моменту, когда мы оказались у двери мастерской, я поняла очень важную вещь. Я считала, что Раулю совершенно неинтересны крестьянские дела, и потому он селян игнорирует. Оказалось, что мне они тоже неинтересны. Во всяком случае, до тех пор, пока не начну понимать, о чём крестьянки говорят. Мы вошли, и я порадовала собравшихся новостью о посылке от отца. Я и молодухи вроде Гретты поднялись в мой кабинет, и на этом моя миссия вроде как завершилась, поскольку работа в мастерской прекрасно шла без меня. Но я настроилась искать сообщника Броквиста. Поэтому пришлось изъявить желание приобщиться к вязанию, хотя к рукоделиям у меня от рождения руки кривые. Под снисходительными взглядами селянок я перешла к главному. – Сегодня я собралась прогуляться и решила на подъёмнике спуститься, – поделилась я, старательно набирая кривые петли. – И что вы думаете? Он застрял! – Кто? – взвизгнула Дагни. – Где? – уточнила Лова. – Пошто? – совершенно убила меня своим вопросом какая-то новенькая девица, потому что я так и не поняла, чего она хотела. – Подъёмник застрял! – повторила я. – И я в нём. И свет потух. Стою я в темноте, ору… – Это как? – переспросила Гретта. – Показать, как я ору? – Блахадарствуем, не надоть, – поверила мне на слово Хилма. – Токма не бывает так. – Вот мне повезло! Может, я его сломала нечаянно? – изобразила я испуг и прикрыла рот рукой. – В общем, назад я пешком шла. Хотя этот гвардеец, усатый такой… – Я показала ладонью усы у себя на лице. – Аксель, – подсказала Гретта. – Ну, значит, Аксель. Он предлагал мне вверх подняться тоже в этой троллевой комнатке… А он такой… Они вообще такие, представительные… У вас девицы, наверное, отбою от них не знают? – Не знать-то не знают, да только они же забавы ради, – буркнула Лова, и снова все замолкли. – Мы для ентих «гвардейцев» рылом не вышли. |