Онлайн книга «Я – злодейка в дораме»
|
Вэй Лун наблюдал за казнью от начала до конца. Когда все закончилось, я сидела в шатре в обнимку с Мэйлин. Первым нас побеспокоил Гоушэн. – Эм… Цайняо? Цайняо? Принцесса! – Ты служишь этому жестокому человеку! – вспылила Мэйлин, вскакивая с кровати и бросаясь на Гоушэна. – Ты точно такой же, как и он! Бессердечный! – Эй! Хозяин хороший! Если он ее казнил, значит, она была преступницей. И точка! – горячо оправдывался Гоушэн. – Ты даже не попытался его остановить! – не унималась Мэйлин. – Принцесса вообще-то тоже! – не остался в долгу он. – Принцесса? – Что он сейчас делает? – спросила я. Не то чтобы мне было интересно, чем обычно занимаются злодеи после злодеяний. – Скрылся в своем шатре, выставил караул и приказал никого не впускать. Пахнет оттуда вином. Принцесса, то есть Цайняо, может, сходите и проверите его? Я очень беспокоюсь за хозяина. В меня он сапогом запустил, прогнал. Я нахмурилась. Странно: в дораме Вэй Лун напивался потому, что сильно переживал из-за разлада с Лю Ифэй, корил себя. Выглядело так, словно он раскаялся в своем поступке благодаря влиянию принцессы. Вот только мы с ним не ругались. Да и вряд ли ругань со мной могла бы его чем-то расстроить. «Не думай, что ты для меня что-то значишь… – сказал он мне на берегу реки. – Я генерал – ты служанка. Попытаешься сбежать – я тебя убью». Я полностью отстранилась. Никто больше не посмел перечить Вэй Луну. Почему же тогда он ведет себя как в дораме? С чего ему переживать? – Если он сказал никого не пускать, – протянула я неуверенно, – как же я пройду? – Я отвлеку солдат у шатра. А вы возьмите… – Гоушэн махнул рукой на поднос с чаем, стоявший на небольшом столике. – Скажете ему, что чай принесли. В вас-то он сапогом не запустит. Эпизод 34 За кадром Вэй Лун сидел в полумраке, в руке – кувшин, из которого удобно вливать вино прямо в рот, не касаясь губами. Он приказал никого не пускать, и солдаты знали, что ослушаться приказа равносильно самоубийству. Благодаря двойному заклинанию тишины, что он наложил, вокруг было тихо: шум со стороны лагеря не беспокоил; вдобавок, что бы он ни сделал сам, никто не услышит. Только что по его приказу казнили убогую старуху. Старуху, которую он хотел навсегда вытравить из своей памяти. Однако ее образ въелся так крепко, что до сих пор стоял перед глазами. Казнь была медленной, безжалостной. Она должна была принести Вэй Луну удовлетворение. Но теперь, когда кровь остыла, воспоминания нахлынули с новой силой. Вэй Лун поднял кувшин, направляя поток вина себе в рот. «Как такой милый мальчик мог остаться один? Такие утонченные черты. Если тебя хорошенько отмыть, нарядить, ты будешь точно как маленький принц», – сквозь года слышал он ее лживый голос. Сегодня, когда она кричала от боли и ужаса, этот голос был совсем иным. «Ах, Мин, ты привела нового мальчика! Какой красавец!» – чужие слова раз за разом воскресали в памяти. «Ты будешь развлекать наших гостей. Подносить еду, напитки, танцевать, петь, делать все, что они скажут. Будь послушным». Словно он снова стал перепуганным мальчишкой, которого обманом затащили в ужасное место. Сердце неровно билось, спина покрывалась липким потом. «Не переживай, ты хорошенький, заплатят много…» Как же тогда он ненавидел собственную внешность! Хотел даже порезать себя, изуродовать лицо шрамами, чтобы только никто больше не смел называть его хорошеньким. |