Онлайн книга «Наши бабки на графских грядках»
|
– Хозяка, – снова этот голос. – Здесь нет опасности, не бойся. Я не дам тебя обидеть. – Кто это «я»? – выдохнула я, дыша словно загнанная лошадь. Раздался шмяк, спине стало сразу легче, а через пару секунд сердце снова пустилось в бешеном темпе – передо мной появился огромный паук. Он был ростом с упитанного сенбернара, стоял и шевелил усами, если эти два прута так можно назвать, а ещё – постоянно двигал глазами на ножках и топорщил шерсть на приплюснутом теле. Мамочки… Я тихо сползла по стеночке. Пауки, что сбились в кучу напротив, двинулись было ко мне. – Нет! – заорала я, вытянув руки с поднятыми ладонями. – Стойте там! Не знаю, почему мне показалось, что они понимают, но так было легче. Да и членистоногая нежить замерла. Действительно, понимают? – Хозяка, не кричи. Мы прекрасно слышим. И тут до меня дошло, что тоненький голосок принадлежал вот этому сенбернаристому пауку!!! Аут. – Ты кто? – прохрипела я, находясь в полном недоумении. – Мур-р-рка, – по-кошачьи муркнула нежить. – П-п-почему именно Мурка? – У тебя в голове такая маленькая меховушка есть, ты её Муркой звала. Правда, она на меня похожа? И это чудовище заурчало, подражая нашей домашней кошке Мурке. А ещё подставило свой мохнатый бок. Явно, предлагая почесать. Наша Мурка любила, когда её чухали по пушистому бочку. Моя рука на автомате ответила и вот я уже сознаю, что перебираю пальцами прохладную паучью шерсть. Хм… А на ощупь словно шубку норковую поглаживаю. И никакого страха и отвращения. Странно. Ну, неудивительно. Так я ещё никогда не бегала. Причём на голодный желудок. А у меня молодой растущий организм. В кладовую степенно вошёл граф. Дышал он в отличие от меня совершенно спокойно, будто бы проделал путь прогулочным шагом. Именно прошёл, так как я совсем не ощущала колебания пространства от открытия портала. С недавних пор я стала чувствовать лёгкое давление на уши перед тем, как поблизости произойдёт разрыв пространства. – А, вот вы где, – произнёс граф. – О, как интересно! С жадным научным любопытством он уставился на… ладно, пусть будет, Мурку. Смотрел, смотрел, потом пробормотал: – Потрясающе! Мне тоже стало интересно, чем же его так потрясла Мурка. (О! Значит, этот паук – девочка!) Теперь мы смотрели на норковую нежить в четыре глаза. Только Тамир таращился с восхищением, а просто так, за компанию. – Это надо подробно изучить! На этот счёт у Мурки были свои планы: – Если наша хозяка разрешит! – поставила она условие. Я думала, что граф сейчас разозлится. Но нет. Он только вновь воскликнул: – Как интересно! Речевые особенности полностью идентичны! Потрясающе! Но стал потрясать почему-то меня: обеими руками схватил за плечи и давай трясти! – Я-я-я-я о-о-оч-ч-ень за в-в-вас рада! – удалось сказать мне, болтаясь сосиской из стороны в сторону. Кстати, давно не ела сосисок. Надо сделать заказ Лейле. Однако, вернёмся к полоумным учёным. – Ваше Сиятельство, отпустите меня, пожалуйста, боюсь лишиться головы, если Вы так продолжите трясти. – Ты не понимаешь! – вскричал он. От мощной звуковой волны сверху на нас шлёпнулся местный паук. – От них должно фонить нежитью! А они – чистые! Понимаешь? Как живые! Надо сообщить Дарку! И поскакал из кладовки. А я, кажется, нашла сторожей для посадок литропуса. А что? Наши, которые за́мковые, к той делянке не подходят, так как граф запретил под страхом или развоплощения (нежить), или, наоборот, превращения во что-либо гадостное (живые слуги). Но пронырливые гости уже сновали везде, где им вздумается подышать свежим воздухом. И я ни капельки не сомневаюсь – узрев такую нежить, девицы ломанут от делянки, сломя голову. Эх, лучше бы ноги… |