Онлайн книга «Девять этажей вниз»
|
Стучал своей палочкой по порогу кабинета. по дешевому линолеуму, по стенкам кассы. Выпрашивал назад свой замороженный вклад. – У нас такая процедура, – говорили мы ему. – Мы по-другому не можем, – отвечали мы ему. – Вы понимаете? Нам программа не дает провести операцию. У нас – мораторий, – объясняем мы ему. Но он так ничего и не понимал. Но ничего и не говорил. Сидел с каменным лицом и внимательно слушал нас, не перебивая. А потом, не повышая голоса сказал: – Оформляйте продление. И уходил так же стуча палочкой по полу отделения. А мы только шептались: – Какой хороший дяденька. Но через полчаса приходил сорокалетний здоровенный миллионер – псих, и устраивал нам истерику на полдня, ссылался на военное прошлое, на сорванные сделки, на просроченную визу в Эмираты. Угрожал и оскорблял, разбивал курсы валют и мебель. А мы ему только улыбались и молча вызывали дополнительную охрану. *** – Ты – псих! – говорю я ему. – Почему? – не понимает Пьяный человек. – У тебя голубые глаза, как у психа. Усмехается. – Не только у меня голубые глаза. Тогда что, все люди с голубыми глазами – психи? – За всех не знаю, но ты – точно псих. – Ну, если брать по аналогии, сходство двух предметов в одних признаках говорит о сходстве этих предметов в других признаках, в данном случае – людей. Ты по одному физическому признаку, который есть у очень многих, определяешь психическое состояние человека, которое может быть тоже у многих. Ты говоришь, что голубые глаза – это признак психа. Значит, по-твоему, все люди с голубыми глазами – психи. – По аналогии. Твоя жена – девушка с зачесанными на лицо волосами в Инстаграмм. Если все девушки мира зачешут свои волосы на лицо, то они будут твоими женами? Если я зачешу волосы на лицо, то тоже стану твоей женой? – Я не против. – Лучше я возьму ее к себе на работу, чтобы ты не смог ко мне вообще подойти, и только слюни издалека пускал. – Нет, псих – это ты. – Спасибо тебе. И я вдруг говорю ему: – Берегись черного бульдога. – Ну и к чему ты это сказала? – Не знаю, просто так. – Ну и кто после этого псих? И спрашиваю Пьяного человека: – Ну скажи что-нибудь. – А вот что я тебе сегодня скажу? *** Нет ничего. Все выдумано. Придумано давным давно. Любовь? Хрен там. Сплошной обман, гормоны и самовнушение. Праздник физиологии. И умение договариваться. Договорились жить вместе – живут. Договорились только трахаься – только трахаются. Куда там маленькой закомплексованной девочке до умения договариваться? Тут и прямо не скажешь то, что чувствуешь на самом деле. Постоянно думаешь и думаешь. Уже волосы выпадать начинают. А ты все думаешь. Выедаешь себе язву желудка. И кость в горле. Можно повернуть чувства так. Можно эдак. Сегодня любил одного. Завтра другого. Любовь изменчива, как борщ на солнце. Сначала вкусный, а потом скисает и покрывается бульбами. А потом плесенью. Или варить новый, или вообще другое блюдо. А вдруг кексика захочется. Шоколадного афро-русского. *** И тогда остается одна Истерия. В ярко зеленом с переливающимся розовым оттенком платье с глубоким декольте и плотно связанными волосами на макушке, остро-торчащим контурами ушей, завешенными сережками разных размеров и форм, острыми раскрашенными ногтями, держащая билет в психбольницу, напоминает Злую Фею в сказке о Золушке. Этот сон длится бесконечно. |