Книга Каструм Альбум, страница 48 – Анастасия Стрельцова

– Делай как сказал. Пока ты всё сделаешь, они уже должны будут работать, им не до тебя будет. Поможешь с посудой.

– Хорошо, – грустно согласился Тит и посмотрел на Хакима.

Хаким вздрогнул. Он не мог, просто физически не мог смотреть в эти глаза.

Они с графом надели плащи и, низко опустив головы, вышли из церкви через главный вход. На площади метались разъяренные охранники. Граф остановился, но Хаким тут же толкнул его в бок.

– Идите как ни в чем не бывало, не убыстряя шаг, – прошипел он.

5

Они прошли мимо озирающихся мужчин, ранее их сопровождавших, и маленькими шажками засеменили вверх по улице, к дому губернатора, в так называемый Дворец дверей ^[3]. Это только что отстроенное здание впечатляло высотой потолков и окон. Стоящее на пересечении улиц Сан-Томас и Ла Пуэрта де Капуцинос, оно пахло свежей побелкой и краской, пыльным камнем и влажными досками. Еще велись работы по внутренней отделке. Интересно, что на третьем этаже, где располагались спальни и кабинет губернатора, остались детали от старой усадьбы. В кабинете губернатор установил старинную деревянную дверь от своего бывшего дома с тем самым злополучным скрипучим кольцом.

Парадные двери впечатляли своей высотой. Они позволяли всаднику въехать прямо внутрь помещения, чтобы спешиться уже без суеты и ненужного внимания со стороны. Когда-то эти двери были частью городской стены, отделявшей город от монастыря Капуцинов. Теперь вокруг них была выстроена великолепная усадьба с типичными чертами валенсийской архитектуры.

Хаким с графом подошли к дверям и постучали увесистым бронзовым кольцом. Даже эта деталь дома удивляла. Кольцо торчало из массивной головы сома и фактически было его усами, сплетенными в окружность. Раздался глухой звук, и створка приоткрылась. Слуга, увидев Хакима, понимающе кивнул и впустил мужчин внутрь.

– Прошу вас сюда, господин обо всём предупредил.

Они прошли по узкой боковой лестнице, ведущей, как оказалось, в библиотеку. Плотно зашторенные окна почти не пропускали свет, здесь царили прохлада и полумрак.

– Фу-у, ну и приключение! – первым начал разговор Лумеарис, плюхнувшись в мягкое кресло с высокой спинкой.

– Всё только начинается, – ответил Хаким.

В комнату вошли две служанки. Та, что постарше, поставила кувшин с водой и предложила умыться с дороги. Младшая, совсем еще девочка, худая настолько, что даже через платье видны лопатки, поставила на небольшой столик поднос с кофейником и тарелкой с закусками.

Скромно поклонившись, встала около двери.

Старшая сделала легкий реверанс:

– Сеньоры, отдыхайте, господин скоро будет.

Она кивнула девочке, и они обе, не поднимая глаз, вышли из комнаты.

Уже закрывая дверь в библиотеку, девочка взглянула на Хакима, и сердце его пропустило не один, а с десяток ударов. Сглотнув, он спросил пересохшим ртом:

– Как твое имя, дитя?

– Ана, сударь, – ответила девочка и посмотрела ему в душу глазами цвета самой глубокой теплой морской лазури.

Дверь закрылась, а Хаким так и остался стоять посреди библиотеки, не сводя взгляда с закрывшейся двери.

Губернатор не заставил себя ждать. Он прибыл почти одновременно с нотариусом. Сделка по покупке участка земли для строительства дворца семьи Лумеарис была завершена.

– Теперь наступило время великих открытий! – провозгласил тост губернатор.