Онлайн книга «Покров Тьмы»
|
Фаолин помолчал. Его глаза на несколько секунд остекленели, словно он смотрел куда-то сквозь пространство и время, в свои воспоминания. — Нет. Вряд ли вы знакомы. — ответил он наконец. — Он погиб. — Фаолин говорил спокойно и видом не выдавал своей скорби. Но Мариэль почувствовала его боль, давно угасшую, а теперь снова пробудившуюся. — В тот день, когда мы вошли в заколдованный лес у Драконовой скалы. Мариэль отставила плошку с соусом, обвила Фаолина руками, прильнула щекой к его спине, стараясь утешить. — Надо было рассказать мне. Нельзя такое держать в себе. — Тебе тогда незачем было знать. Были дела по важнее. Мы ведь пытались наладить отношения с драконами. — Ты и позже не рассказал. У нас не должно быть секретов друг от друга, помнишь? — Тогда почему я до сих пор не знаю ту причину, по которой ты отказалась от родного дома? — Мой дом здесь. — Этот ответ не удовлетворил Фаолина. — Ты знаешь. Потому что хотела подольше пробыть в этом волшебном мире. А потом ты сделал мне предложение, отказаться от которого не возможно. Ведь я люблю тебя. Разговор хоть и был в спокойных тонах, становился все тяжелее. Мариэль пожалела, что выбрала не самую удачную тему для разговора. Ее мучила совесть за то, что так и не рассказала никому о правиле перемещения меж мирами, не позволившем ей вернуться в Ваставу. И сейчас она не могла допустить, что бы Фаолин думал, будто она с ним по неволе. Что безысходность заставила ее согласиться тогда у озера. Она не хотела посеять сомнение в том, что она останется с ним на всегда, и не уйдет при первой же возможности. Пусть лучше думает, что ОН — главная причина такого решения. Тем более от части это правда. Уходя от неприятной темы, они завели беседу о добытчиках жемчуга, вконец обнаглевших, которые без зазрения совести заплывают на их территорию. И о том, что спрос на жемчуг резко упал, и мода на сапфиры затмила любые жемчужные изделия. Потому что в Белых горах гномы обнаружили новое месторождение, такое огромное, что его прозвали Сапфирным Городом. Про него то и писала сейчас Дэйелис. Ей посчастливилось самой побывать в тех пещерах. Их красота вдохновила ее на новую поэму: Под белыми горами В чернеющих пещерах И вырытых карьерах Гигантскими рядами Сияют самоцветы. Манит их блеск холодный Как на деревьях иней, Как море густо-синий, Глубокий, благородный, Словно огонь кометы. Добытчики находкой Как никогда горды. Подобной красоты: Чарующей и кроткой, На свете не сыскать. И звездными огнями Мерцает Град Сапфирный Тончайший звук эфирный Звенит в тиши дробями Не смея умолкать… Дэйли зачитала первые строки за ужином. Выразила свое неудовлетворение по поводу некоторых рифм. — Ты все больше меня удивляешь. Эти стихи восхитительны. — Похвалила ее Мариэль. — У тебя великолепно выходит. — Поддержал Фаолин. — Главное никогда не опускай руки, даже если что-то не получается. Дэйелис робко улыбнулась, поблагодарила родителей за похвалу и ужин, и снова окунулась в омут рифм и поэзии. Фаолин помог Мариэль вымыть посуду. Когда они уже почти покончили с этим делом, особенно громко грянул гром, пронзив глухую тишину дома. Мариэль вздрогнула от неожиданности. Неловким движением задела фарфоровую чашу, и та расколотилась на мелкие осколки, упав на пол. — Не трогай. — Остановил ее Фаолин, когда Мариэль попыталась собрать осколки. — Я сам уберу. |