Книга Покров Тьмы, страница 7 – Маргарита Романова

В тот раз кошмар был вещим. Что если и сейчас это предупреждение?

Мариэль не могла снова уснуть, глядя на тлеющие в камине угли. Теплое дыхание Фаолина касалось ее шеи, шевелило волосы, щекотало ухо. Снова прогремел гром и комната на миг озарилась светом молнии.

— Фаолин?

— М?

— Мне страшно.

— Это все скверные воспоминания. — Прошептал он ей на ухо. — И скверная погода. Спи.

Но тревожные мысли роились в голове, не желая униматься. Фаолин почувствовал ее тревогу. Сел, облокотившись на спинку кровати. Его палец опустился на переносицу Мариэль. Мягко, почти невесомо, он гладил ее от кончика носа к центру лба. Фаолин тихо прокашлялся, прочищая горло. И по комнате разлилась нежная мелодия мягким альтом. Он пел колыбельную, под которую когда-то засыпала Дэйли, будучи еще совсем ребенком.

Невообразимый шум заполнял все помещение и был слышен даже на соседней улице. Из-за него нельзя было расслышать даже собственный голос. Что бы кому-то что-то сказать приходилось перекрикивать гомон, а что бы разобрать ответ собеседника в общем гвалте, надо было как следует напрячь слух.

В трактир вошел тощий человек в компании двоих товарищей и девушки. Устроившись за одним из немногочисленных свободных столов и почти не прерывая беседы, он заказал выпивку и жаркое. Узкие плечи его укрывал красный плащ, украшенный золотистыми чешуйками. На шее ожерелье, напоминающее клык дракона. Мужчина явно гордился своими украшениями, так как выпячивал грудь и поигрывал плечами, что бы чешуйки переливались в свете ламп, как только замечал на себе заинтересованные взгляды незнакомцев. Он непристойно обнимал девушку, которая поигрывала его ожерельем, и провожал похотливым взглядом девушек, разносящих еду. А товарищи о чем-то его расспрашивали, на что он отвечал с явным удовольствием и жаждой дальнейших расспросов.

До ушей, сидевшего в темном углу зала человека, долетел обрывок фразы:

— Быть того не может! Чтобы ты, — Один из товарищей тощего мужчины, коренастый и лысеющий, сделал глоток пива, — чтоб ты и дракона завалил!

— Говорю тебе, брешет засранец! — вторил ему второй товарищ — полноватый мужичек, с густой неухоженной бородой.

— Сам засранец, идиот! А не веришь — вот она все своими глазами видела! — Тощий человек дернул девчонку, и та энергично закивала, оторвавшись, наконец, от украшений своего спутника. — А это, — он погладил длинными пальцами золотые чешуйки на своих плечах, — доказательство и мой сувенир с того не легкого боя.

Скрытого в тени странника заинтересовала эта беседа, но, как назло, в зал ввалились еще гости, и шум усилился.

Мимо прошла разносчица. Она едва заметно поежилась, взглянув на него. Один вид странника внушал необъяснимые чувства. Такие, что одним словом их эта девушка описать не могла. Но этот человек словно внушал окружающим остерегаться чего-то. Не его самого, а чего-то другого. Он будто говорил «бойся сделать это». А сам странник ничем не отталкивал людей от себя. И, если приглядеться, то ничем от других не отличался. Его лицо было скрыто капюшоном, его поза была расслабленной. Можно было решить, что этот человек просто отдыхает с долгой дороги. Но девушка подозревала, что он тут не просто проездом. От него разило загадочностью, и эта загадочность манила, вызывала непреодолимое желание снять капюшон и заглянуть в глаза.