Книга Бесстрашная, страница 100 – Лорен Робертс

С каждым словом книги, кажется, оживают у меня на глазах. Каждая выцветшая обложка хранит далекое воспоминание, мимолетный образ мужчины в кресле для чтения и маленькой девочки, сидящей у его ног.

— Он читал мне их раньше.

— Читал, — кивает Каллум и бережно передает четыре тонких книги мне в руки. — По-моему, в детстве ты даже сделала там несколько заметок.

— Не могу представить, что такого важного я могла туда добавить, — усмехаюсь я, пролистывая страницы. Быстро пролистав одну из книг, я нахожу на внутреннейстороне обложки маленькую розу, нарисованную от руки. Под ней, смутно знакомым витиеватым почерком, написано: «Для Пэйдин».

Он внимательно смотрит на меня.

— Ты удивишься. — И с легкой улыбкой добавляет: — Я отнесу их в твою каюту.

Полагаю, он, скорее всего, слышит благодарность в моих мыслях, но этого, кажется, недостаточно. Поэтому я подчеркиваю невысказанные слова, импульсивно обнимая его. Это заставляет его на мгновение замешкаться, растерянно пробормотать что-то и наконец ответить взаимностью.

Когда его руки обнимают меня за плечи, я шепчу последнее:

— Спасибо.

Мы стоим в тени корабля, все трое, глядя на судно, которое должно доставить нас через коварное море.

На скалистом берегу собралась толпа, сотни глаз надеются в последний раз взглянуть на ненавистную Обычную. Гвардейцы забаррикадировали причал, останавливая всех, кто осмеливался приблизиться к нам. Но никто не двигается с места, довольствуясь тем, что позволяют море Мелководью расправиться со мной.

В их глазах я уже почти мертва.

Король бросает взгляд на своего Силовика.

— Ты еще не передумал, Кай?

— К сожалению, нет, — вздыхает тот. — Но постарайся не слишком сильно по мне скучать. Я приставил к тебе дополнительных Гвардейцев на время моего отсутствия, так что ты точно не будешь чувствовать себя одиноко.

— О да, я с нетерпением жду, когда ни на миг не останусь в одиночестве, — юмор в голосе Китта быстро исчезает. — Пожалуйста, возвращайся домой, Кай. Я не переживу, если потеряю и тебя по моей вине.

Я отворачиваюсь, будто это может защитить меня от неловкости их разговора. Но все равно слышу искренний ответ Силовика:

— Я вернусь. Смерть меня боится, помнишь? — в его голосе проскальзывает его фирменное самодовольство. — А когда я вернусь, мы отпразднуем это еще одним танцем втроем. Настолько долгим, что Пэйдин на этот раз наступит мне на ноги намеренно.

— Я этого не помню, — говорю с вызовом. — Наверное, это было подсознательно.

Китт смеется, и смех сливается с его следующими словами, обращенными к брату:

— Ну, она все время пыталась запрыгнуть мне на спину, помнишь?

— А потом обвинила в своих неудачных попытках «тесное платье», — добавляет Кай с ухмылкой, достойной пощечины. — Поверь, я помню. Этот момент всплывает каждый раз, как только я закрываюглаза…

— Все, хватит, — фыркаю я. — Вспомни этот разговор, когда я внезапно столкну тебя за борт.

— О, ты можешь попытаться, Грэй, — Кай усмехается с кривой усмешкой. — Но не вини свои тесные рукава, если у тебя ничего не выйдет.

Смех Китта почти заглушает мои слова:

— Все, я поднимаюсь на этот чертов корабль.

Я ступаю на трап, стараясь смотреть вперед, а не на бушующую подо мной воду. Голоса позади становятся тише из-за плеска волн, но голос Кая выделяется даже среди шума моря.