Книга Бесстрашная, страница 163 – Лорен Робертс

— Мне нужно, чтобы ты выиграла, ясно? Не переставай быть тараканом, Принцесса.

Я понятия не имею, что именно должна выиграть. Не знаю, будет ли оно того стоить. Но слабый смешок вырывается из меня и теряется в хаосе еще до того, как успевает добраться до ушей.

— Я буду стараться изо всех сил.

— После этого, — кричит он, — я больше не смогу называть тебя Принцессой. — Его улыбка отдает горечью. — Придется звать тебя Королевой.

А затем меня заталкивают в Яму.

Я спотыкаюсь на крутых ступенях, пока, наконец, мои ботинки не утопают в песке. Пошатываясь, я поднимаю голову к обезумевшей толпе. Я тяжело дышу, кровь стучит в висках, пока я медленно обвожу взглядомарену.

Она изумляет, и я стою, поглощенная ее масштабом и шумом вокруг. Рукоять меча становится скользкой в моей ладони, острие волочится по песку. Скандирования и крики приглушены непрерывным топотом ног, похожим на марш смерти, которого долго ждали. Солнце тяжело давит на руки, согревая кожу своим близким присутствием. Кажется, даже небо склоняется, чтобы стать свидетелем моей безжалостности или безжалостности конца, который ожидает меня.

Я щурюсь на стеклянную кабину высоко над Ямой, наблюдая, как король выходит на дорожку. Рядом с ним мелькает знакомая копна бирюзовых волос, и когда Усилитель кладет руку на плечо Китта, на арене воцаряется тишина.

— Илийцы, добро пожаловать на последнее Испытание Пэйдин Грэй. Здесь, — говорит он ровно, — мы испытаем ее безжалостность.

Толпа взрывается от его слов, она жаждет крови и обезумела от предвкушения захватывающего зрелища. Китт, прежде чем продолжить, успокаивает ее, подняв руку.

— Если Пэйдин сможет пройти это Испытание, она докажет, что она бесстрашна, благородна и безжалостна. Это три качества, которые, как считал мой отец, присущи хорошему правителю. Если она преуспеет сегодня, — взгляд Китта пригвождает меня к земле внутри Ямы, — у Илии появится королева.

По Арене разносится рев, и я уверена, он не для того, чтобы поддержать меня. Мужчины и женщины встают на свои лавки, сжимают кулаки и выкрикивают проклятия в воздух. Мой взгляд скользит по буйной толпе, пока я неожиданно не сталкиваюсь взглядом сама с собой.

Мое оценивающее выражение лица проецируется на огромный экран над Ямой, чтобы даже те, кто на самых верхних рядах, могли видеть ясно. Мой взгляд мечется по песку, останавливаясь на Наблюдателях, которые в данный момент проецируют то, что видят. Четверо из них стоят по другую сторону Ямы, но только трое смотрят на меня остекленевшими глазами, подняв руки вверх. Их белые плащи колышутся на легком ветру, и от их тяжелых взглядов у меня по спине бегут мурашки, а в животе скапливается ужас.

— Для правителя, — продолжает говорить Китт, перекрывая хаос. Его голос эхом разносится вокруг, — безжалостность часто необходима. Поэтому сегодняшнее Испытание — это битва насмерть.

У меня перехватывает дыхание. В горле пересыхает.

Насмерть.

Мне придется кого-то убить.

Ответные возгласытолпы заглушает внезапный звон в ушах. Я медленно поворачиваюсь к стеклянной кабине и вижу, как король смотрит на меня.

Не друг. Не жених. Просто король, приказавший мне быть его убийцей.

И вдруг я понимаю, что, должно быть, чувствует Кай.

От этой мысли у меня подгибаются колени.

Кай.

Я лихорадочно осматриваю эту стеклянную коробку в поисках хоть какого-нибудь признака знакомой фигуры. Прядь взъерошенных черных волос. Проблеск этих чертовых ямочек. Вспышка этой дерзкой улыбки.