Книга Бесстрашная, страница 214 – Лорен Робертс

Каждое слово, каждое оправдание настолько выверены, что король мог бы поверить ей, если бы не эти глаза, выдающие ее. Кай, кажется, не обеспокоен своей неспособностью уловить ее силу, или, может, Силовик просто слишком отвлечен, чтобы подвергать сомнению ее доводы. Но Эдрик молчит о той правде, которую он знает, ведь эта Обычная умрет на Испытаниях, и ему не придется даже пальцем пошевелить.

На этот раз он не допустит той же ошибки. На этот раз он будет наблюдать, как она умирает.

Какая жалость — выживать все это время зря.

Дочь перед ним ничего из себя не представляет. Она всего лишь бессильный ребенок, который убил его жену и напрасно потратил силу Элитной.

Пэйдин упоминает мужчину, который ее воспитал, заставляя короля еще больше укрепить свое спокойное выражение. Эдрик считал, что фамилия Грэй умерла вместе с человеком, чье растущее восстание стало пешкой в игре короля ради власти. Адам Грэй должен был помочь уничтожить оставшихся Обычных, пусть и неосознанно. Но жизнь Целителя была быстро прервана, когда он наткнулся на секрет, предназначенный только для королей.

Однако королю не сообщили, что забытая принцесса была воспитана бывшим лидером Сопротивления.

Тем не менее, приятно обвинять другого мужчину в ее слабости. По этой причине Эдрик с готовностью подтверждает то, что она и так считает правдой.

— Ах, да, твой отец. Адам Грэй был великим Целителем. Очень образованным человеком.

В ее защиту, девушка притворяется удивленной памятью короля.

— Вы… вы знали моего отца?

Король отвечает на вопрос, хотя оба и так знают ответ.

— Да, я знал. Он приходил во дворец в сезон эпидемий, чтобы помочь нашимпридворным врачам, когда пациентов становилось слишком много.

Так Эдрик узнал о плане Адама поднять Сопротивление. Его Чтец Разума узнал это, мимоходом проходя по коридорам. Было мало удивительного в намерениях Целителя, учитывая его постоянный отказ от предложенной взятки. Король не мог купить молчание Адама о настоящей природе этой болезни, но, будучи жителем трущоб, он казался не особо опасным.

Но он вырастил дочь короля в нечто, насмешливо напоминающее Элиту.

Эдрик встает из-за стола, его взгляд прикован к глазам, что когда-то принадлежали его жене.

Я буду наблюдать, как она умирает, так же, как я наблюдал смерть жены. Я разобью ее сердце, как она разбила мое.

Калуму не нужно, чтобы король озвучивал ярость, что бушует в его голове. Он читает ее легко, словно свиток с каракулями, развернутый перед ним. Гнев Эдрика — всепоглощающая болезнь, которую Чтец Разума научился понимать лучше многих. И теперь он знает, откуда этот гнев.

— Она была ребенком. Я не мог заставить себя убить ее.

Глаза короля сверкнули.

— А теперь Обычная спит в моем замке. Соревнуется на моих Испытаниях, как будто достойна этого.

— Простите меня, Ваше Величество. — Калум печально опускает голову, складывая вспотевшие ладони за спиной. — Я должен был избавиться от нее, как вы и приказывали. Но я следил за ней годами, с тех пор как работал с Адамом и Сопротивлением. Она никогда не должна была вернуться в замок…

— Но она спасла моего сына, — выплескивает король, все еще злой из-за того, что Силовик не смог защититься от Глушителя. — И теперь Пэйдин Грэй здесь, чтобы насмехаться надо мной глазами матери.