Книга Узы Стаи, страница 84 – Юна Ариманта

— Не совсем, — уклончиво ответил Шторос. — Это какая-то неясная тревога, которая начинает терзать, едва приближаешься к Ущелью. И… неприятные ощущения в теле. Как будто под кожу впиваются шипы. Ты разве не чувствуешь подобного?

— Чувствую! — воскликнула Динка, радуясь, что может говорить слова ртом и выражать свои эмоции интонацией голоса. — Это признаки того, что вот сейчас можно изменить облик по своему желанию!

Шторос с сомнением покачал головой, но ничего не ответил. Беседа сама собой оборвалась, и каждый погрузился в свои размышления.

Они продолжали бежать вдоль Ущелья, с опаской поглядывая на его край. Скоро равнина сменилась каменными ступенями — снова начинались горы. Пришлось Динке и Хоегарду снова превращаться в животных, чтобы карабкаться по отвесным скалам, не отставая от остальных.

Забравшись на достаточную высоту над равниной, Дайм несколько раз обошел скалу, вставшую у них на пути, и, наконец, нашел нужную расщелину. Чтобы ему протиснуться пришлось расширить ее когтями. Видимо, когда он ранее ночевал здесь, он был потоньше.

Динка снова стала человеком и уселась на холодный камень, вытянув усталые ноги и положив себе на колени голову Хоегарда, тоже обратившегося в человека и обессиленно лежащего на камнях. Последние сажени по отвесной скале ему пришлось карабкаться самостоятельно, и теперь он тяжело дышал, прикрыв глаза.

Остальные мужчины, расширив проход, подхватили вещи и один за другим нырнули в черноту пещеры.

— Динка, иди сюда, — услышала она в своей голове голос Тирсвада. И тут же из жерла пещеры вылезли Дайм и Шторос.

— Динка, Шторос и Хоегард остаетесь здесь. Шторос найди дрова, Динка разожги костер. Тирсвад бери котелок и принеси в пещеру воды из сосуда вон за тем камнем. Я ушел на охоту, — раздалуказания Дайм.

— Жди меня, — окликнул его тоже вылезающий из пещеры Тирсвад. — Я принесу воды и пойду с тобой. Не уходи один.

Дайм склонил голову в знак согласия.

— Хватит уже нежничать, — проворчал недовольно Шторос, приближаясь к Динке и лежащему на ее коленях Хоегарду. — Вставай, лежебока!

Хоегард лежал с закрытыми глазами, уткнувшись лицом в ладонь Динки, а Динка нежно поглаживала его спутанные волосы.

Шторос просунул свою морду под безвольное тело товарища, бесцеремонно вздергивая Хоегарда над землей. Динка помогала ему с другой стороны. Вдвоем они завели Хоегарда в пещеру и уложили на расстеленную мужчинами большую шкуру. Шторос тут же вышел обратно, а Динка улеглась под бок Хоегарду и закрыла глаза. Он обнял ее, зарывшись ладонью в волосы и прижавшись губами к ее лбу.

— Я скучал, — прошептал он, сжимая Динку в объятиях. Динка фыркнула, представляя нелепость этой ситуации. Ведь они ни на миг не расставались. Но она чувствовала то же самое. Она скучала по Хоегарду. Именно по такому.

Шторос вернулся уже в виде человека и возился в центре пещеры, складывая заготовку для будущего костра из кривых стволов местных низкорослых деревьев. Динка осторожно отодвинулась от уснувшего Хоегарда и украдкой наблюдала за ним в полумраке пещеры. Длинные волосы, отливающие медью, рассыпались по обнаженным плечам. Под белой кожей, которая в тусклом освещении будто светилась изнутри, перекатывались мышцы. Даже в человеческом облике движения Штороса сохраняли неповторимую хищную грацию, свойственную варрэнам. Он беззвучно выскользнул из расщелины за следующей охапкой хвороста, а Динка обвела взглядом их укрытие.