Книга Серебряные крылья, золотые игры, страница 124 – Иви Марсо

***

Когда Максимэн провожает меня в конюшню на тренировочной площадке Золотых Стражей, где Райан уже ждет на дальнем краю стального ограждения, в небе зажигаются первые звезды. Единорог мчится по кругу вокруг манежа, лягаясь, взбрыкивая и фыркая, пока бедного Золотого Стража уносят на носилках, стонущего и зовущего свою мать.

― Ты должен был дождаться меня. ― Я едва смотрю на Райана, когда поднимаю юбку до колен, открыв брюки под ней, которые Бриджит нашла для меня в прачечной. ― Небезопасно позволять кому-то еще открывать дверь его стойла.

Не обращая внимания на стоны раненого, Райан, слегка приподняв бровь, рассматривает мою одежду.

― Брюки?

― Ты потребовал, чтобы я села на единорога, хотя он еще не готов. Ты ожидал, что я сделаю это в бальном платье?

Повернувшись к единорогу, он бормочет себе под нос:

― Ну, я не могу пожаловаться на вид сзади.

Я закатываю глаза. Я не сомневаюсь, что Райан ненавидит меня после произошедшего, но он все равно не может не отметить мою задницу.

Мист подбегает к нам, вся в лучах солнца и сене, перекидывая голову через ограждение, чтобы я почесала ей лоб.

Она предупреждает:

Огненный жеребец сегодня особенно ворчлив. В его сене завелась пчела. Она ужалила его в нёбо.

Прекрасно, ― говорю я. ― Потому что Райан именно сейчас требует прогресса.

Мист отводит глаза в сторону, сомневаясьв моих шансах.

Хм… удачи?

Сердце замирает, когда я выхожу на манеж, но я заставляю себя дышать спокойно ― лошадь чувствует страх, и меньше всего мне хочется, чтобы единорог думал, что у него есть преимущество.

Кроме того, у меня есть козырь в рукаве. С тех пор как я в последний раз тренировала его, я перелопатила около сотни книг в библиотеке и выбрала редкие имена, подходящие для тысячелетнего существа.

Подняв ладони в успокаивающем жесте, я осторожно подхожу к гарцующему коню. Стражники открыли потолочный люк, и на его рог падает лунный свет. Он сверкает, как лезвие меча, но только солнечный свет может вызвать его смертоносный огонь.

Из его ноздрей вырывается струйка пара.

Спокойно,― говорю я, подходя ближе. Вот что я скажу о мужских брюках ― в них чертовски легче двигаться. ― Я друг, помнишь? Я читаю тебе сказки. Я приношу тебе яблоки. К тому же, я нравлюсь Мист. Это должно что-то значить.

Он вскидывает голову, черные глаза сверкают.

Нравится!― Мист за меня ручается. ― Я ее обожаю. И если бы ты прекратил свое нытье, то тоже бы полюбил!

Он перестает брыкаться, но смотрит на меня настороженно, его мышцы напряжены, он готов броситься на меня в любую секунду, когда я приближаюсь. Осторожно я подхожу, пока не могу положить руку на его длинную шею. Его мышцы сжимаются, не привыкшие к прикосновениям, но он не отстраняется.

Боги. Это настоящий прогресс.

Я прочищаю горло и оглядываюсь на Райана, который облокотился на ограждение, нахмурив брови и мрачно наблюдая за происходящим. Нерешительно я произношу:

Ферно?

Из ноздрей единорога вырывается струйка горячего пара, обжигая левую сторону моего лица.

Вскрикнув, я прикрываюсь рукой.

Ну, похоже, этоне его имя.

Глубоко вздохнув, я повторяю попытку:

Ниге?

Он пронзительно ржет, подняв голову к крыше. Я отступаю назад, сердце стучит о ребра. Оглянувшись через плечо, я вижу, как Райан еще больше хмурится.

Калас!― кричу я мысленно, повторяя его рев.