Книга Первый Феникс, страница 152 – Анна Гращенко

Мелкие иглы вонзились в кожу сразу во всем теле, заставив взывать от резкой боли. Юра видел, что полковник что-то быстро говорит и жестами требует его вести себя тихо, но болел одновременно каждый миллиметр его кожи: боль постепенно добиралась до костей и начинала царапать их.

Юра успел заметить, как пальцы левой руки поползли вверх: кожа натянулась, побелела и наконец лопнула, обнажив белоснежные кости, тонущие в разорванной плоти. Он понял, что полковник обхватил его со спины и попытался оттащить в сторону, но через минуту, или десять минут, или час – к черту! – чьи-то пальцы сомкнулись на его шее, и пол ушел из-под ног.

Василий разрядил всю обойму, но пули отлетали от существа, даже не поцарапав его темно-желтую шкуру. Оно не просто схватило Юру за горло – оно смогло сжать кулак, зажав шею рядового. Когда охотник оказался в воздухе, на пол хлынул поток крови. «Не отходить далеко, нельзя отходить», – вертелось в голове. Василий держался спины существа, оставаясь поблизости и надеясь – молясь – не оказаться снова парализованным.Инстинкты говорили бежать, но он помнил, насколько ограничен был разрыв между отражениями, растущий вокруг него. То, что у рядового получилось начать – только начать, черт, потратили столько времени на ругань, как мелкие пацаны, – увеличиваться, расти, видоизменяться: делать то, что он делал, – означало, что его, Васина, теория верна. Что сейчас они оба были одновременно на обеих сторонах, отражались одновременно в обоих зеркалах. Но нельзя дать рядовому выйти из этого разрыва.

Руки и ноги Юры продолжали удлиняться: его кости на глазах расширялись, ошметки мышц и кожи падали на пол и тут же тонули в луже крови. «Он успеет», – мелькнуло у полковника в голове.

Ровно через секунду после этого существо одним резким движением оторвало голову охотника и бросило ее назад, к ногам Василия.

Глава 17

Услышат. Обманут. Утащат

Казах нетерпеливо переминался с ноги на ногу, глядя то на запертые ворота Форта, то на пустую дорогу. Когда темный джип вывернул к парадным воротам, он зачем-то поправил ремень и рубашку с коротким рукавом, хотя производить впечатление ни на кого не собирался. Автомобиль вильнул и резко затормозил в метре от мужчины, взвизгнув шинами. Несколько минут никто не выходил, но наконец-то раздался щелчок и водительская дверь плавно распахнулась. Генерал вышел, но на какое-то время замер, наклонив голову и опершись на крышу джипа, будто был пьян и не мог твердо стоять. Сутулый, бледный, растрепанный, он выглядел нелепой, плохой копией себя самого.

– Ты еще кто такой? – отрывисто спросил он, не оборачиваясь.

– М-меня, – замямлил казах.

– Отвечай или проваливай.

Генерал говорил жестко, но усталость в его голосе звучала слишком громко, чтобы ее можно быть скрыть.

– М-меня зовут Абдибакыт, я…

– А, знаю. Читал в отчете, – перебил его Марсель. – Насколько помню, ты оказал некоторую, хм, помощь первому отряду?

– Да, в-верно.

– Позор, – тяжело хохотнул генерал. – Позор первому отряду. Всему Форту.

Абдибакыт нерешительно мялся на месте.

– Чего тебе надо? – Марсель устремил на него мутный взгляд. – Снова помогать?

Казах кивнул.

– Почему не бежишь из города? Некуда?

– Есть куда.

– Не к кому?

– Есть к кому.

– Тогда какого черта тытут? – генерал снисходительно улыбнулся.