Книга Лериана, невеста герцога по контракту. Книга 2, страница 75 – Мильчха

– Согласна.

– Поиграться бы с ним до отъезда.

– И я хочу!

– Найди себе другого.

– Разве мы его не поделим?

– Хорошо, но я первая.

– Договорились, я не против.

Мнение Джастина их явно не интересовало. Теперь было понятно, что конфетами его угостили не только из доброты душевной. Лериана мысленно цокнула языком.

* * *

Джастина, ожидающего подругу в зале для выступлений, вдруг пронял озноб.

– Все хорошо? – спросила у него переводчица, на что командир смущенно улыбнулся.

– Вроде бы. Просто внезапно по спине пробежали мурашки.

Он как будто был добычей и чувствовал на себе пристальный взгляд коварных хищников. С чего вдруг такое ощущение?

* * *

Банкет и переговоры между линяньскими послами и высокопоставленными чиновниками Чеймерса начались около полудня и растянулись до самого вечера.

Ан Янви, старший посол, был открыт к сотрудничеству, но линяньские традиции тормозили ход обсуждений: любая поспешность осуждалась, ибо неторопливость и терпение считались главными добродетелями.

Мало того что ораторы ходили вокруг да около, еще и перевод занимал время.

Сиатрич умело скрывал скуку, пока Наоми наконец не шепнула ему что-то на ухо. Король встал и сообщил, что ему придется ненадолго отлучиться. Участники круглого стола объявили перерыв.

Ноа шел по коридору с Ан Хвихо, внуком старшего посла, и через окна наблюдал за падающим снегом.

– Похоже, потребуется чуть больше времени, нежели мы думали. Приношу извинения за своего дедушку, – сказал молодой человек с виноватой улыбкой. Он учился в Чеймерсе, поэтому свободно говорил на местном языке и присутствовал на переговорах в качестве переводчика.

– Всев порядке. Не зря же у вас говорят: «Поспешишь – людей насмешишь». Мы очень ценим благоразумие посла Линяня.

– А вы хорошо знаете наши поговорки, – удивился Ан Хвихо. – Правда, у нас уже мало кто прислушивается к народной мудрости, особенно это относится к молодежи. Юноши и девушки в большинстве своем уезжают учиться за границу и проникаются чужими традициями.

Ан Хвихо рассмеялся, вспомнив, как нерасторопно его дед отхлебнул чай и поправил воротник, прежде чем хоть что-то сказать на переговорах.

– Мой дедушка старых взглядов. Он считает молодых наглецами, которые рубят с плеча и не думают о последствиях своих действий.

Тут он посмотрел в окно:

– Снегопад усилился.

На улице туда-сюда сновали садовники, расчищающие засыпанные снегом дорожки.

– Это ведь первый снег в Чеймерсе? Скоро сорвут все цветы в теплицах.

– Что вы имеете в виду?

– Прошу прощения, у нас так говорят. В Линяне принято в первый снег дарить цветы возлюбленным и признаваться в своих чувствах, – пояснил Ан Хвихо и поправил рукава. – Говорят, если разделить первый снег с любимым человеком, то будешь счастлив всю жизнь.

Молодой человек почесал подбородок, словно ему было неловко, что он затронул такую тему в разговоре с важным лицом другого государства. Ноа улыбнулся и заверил его, что это очень интересный обычай.

К мужчинам подошел сопровождающий старшего посла и сообщил, что Ан Хвихо требуется для перевода.

Ноа еще какое-то время смотрел молодому человеку вслед, а затем снова перевел взгляд за окно. Снег продолжал падать крупными белыми хлопьями.

* * *

– А где румяна?

– Не знаю. Кажется, Ёхи куда-то их унесла.

– Значит, за кулисами. Она всегда там вещи бросает.