Книга Изгнанник Ардена, страница 65 – Софи Анри

– И сколько вы здесь гуляете?

– От силы неделю, – добродушно усмехнулся Тристан. – Скоро возвращаться будем, а то жена у меня строгая, ревнивая, огреет метлой, коли задержусь.

Видимо, сказалось нервное напряжение, потому что Адалина едва подавила смешок, представив, как Тристана бьет метлой деревенская простушка.

– С вами есть девушки?

Этот вопрос был сродни тяжелой оплеухе. Почему они спрашивали об этом?

Адалина прильнула к шероховатому камню и постаралась дышать тише. Тристан тоже, казалось, напрягся и как бы невзначай поправил полы рубахи, чтобы легче было выхватить меч из пристегнутых к ремню ножен.

– Мы одни, – ответил он. – Куда девке в такую даль тащиться?

– А почему коней четыре?

– Так с нами брат мой, он в чащу ушел, пострелять птиц на ужин.

Адалина до боли вцепилась пальцами в каменныйвыступ. Неужели весть о ее пропаже достигла даже самых дальних от Аталаса границ?

– Вы, верно, не слышали приказ короля Стефана, раз забрались так далеко к границе.

– Какой такой приказ? – с деланым удивлением спросил Тристан. Орсон и Адам приблизились к нему со спины.

– Каждому, кто пытается пересечь границу не через главный тракт, грозит казнь.

На мгновение перед глазами Адалины все помутнело. Конечности налились непомерной тяжестью, но она заставила себя сделать медленный вдох и выдох. Нельзя паниковать.

– Помилуйте, господин. – Тристан правдоподобно изобразил страх на лице. – Какая казнь? Мы же не пересекали границу, Арден по другую сторону горного хребта.

Но патрульный уже потерял всякий интерес к беседе.

– Убить их, – лениво сказал он своим людям, и те ринулись в атаку.

Страх скользкими ледяными щупальцами обхватил шею Адалины, опутал ноги и сковал руки подобно цепям. Она не могла даже пошевелиться – лишь во все глаза наблюдала за боем из своего укрытия. Орсон и Адам дрались, как разъяренные звери, которых пытались загнать в клетку. Адалина изредка бросала на них взгляд, чтобы убедиться, что они живы и твердо стоят на ногах, а потом снова возвращалась к Тристану.

Как и подобает королевскому отпрыску, он управлялся с мечом более изящно, но в его движениях таилось что-то дикое и необузданное. Он не стремился к красивому бою, не пытался соблюдать правила и действовал грязно ради сохранения собственной жизни. Сделав подсечку, но ударил соперника ногой в живот, зашел за спину и бесцеремонно всадил в него меч, а потом ринулся на второго патрульного. Сталь сталкивалась со сталью, от чего у Адалины звенело в ушах, а страх лишь сильнее сжимал горло.

На земле лежало двое патрульных, одного из которых убил Тристан. Оставались еще трое.

Они обязательно одолеют врагов. Тристан столько раз выходил сухим из воды, справится и сейчас.

Адалина шептала давно забытую молитву, которой мать обучила ее еще в детстве, и неотрывно смотрела, как Тристан сражается с лидером патрульного отряда. Она заметила кровь на его лице и взмолилась с еще большим отчаянием.

Внезапно раздалось птичье пение, словно звуки боя приманили в глухую пустошь обитателей леса. «Здесь не водятся соловьи»,– прозвучал в голове голос Тристана. Адалина обернулась и увидела еще одного патрульного. Он двигалсяв сторону дерущихся, держа кинжал наготове.

Ей было семнадцать, когда она упросила Эмильена научить ее стрелять из лука или метать ножи, несмотря на запреты отца и матушки, которые считали, что леди не должна держать в руках оружие. Именно благодаря этому она догадалась, что мужчина не собирается бросаться в бой. Он готовился метнуть кинжал. Но еще меньше времени Адалине потребовалось на то, чтобы понять, что его мишенью был Тристан, который одолевал их командира.