Онлайн книга «Смерть»
|
______ – Кисмет… Ворочаюсь, разбуженная жалобным голосом. Моргаю, открываю глаза и… Агония. Жгучая, удушающая агония. Это всё, что я чувствую, – боль… и бегущие по груди ручейки крови, покидающей мое тело. – Прости, Лази, скоро все будет хорошо, – клянется Танатос. – Да, будет. Он кладет руку на рану, и я с шипением выдыхаю. Даже это легкое прикосновение кошмарно болезненно. Чувствую, как сила Смерти гладит мою кожу. Жду, когда плоть согреется, жду зуда, с которым обычно затягиваются порезы. Только… – Не работает. Голос всадника пронизан паникой. Самое могущественное существо в мире не способно исцелить меня. Я задыхаюсь, глядя на него. Та моя отчаянная мольба, тот свет за глазами… Божественное вмешательство. «Такое происходит с людьми постоянно, но вы настолько поглощены собственным восприятием реальности, что упускаете это из вида. Не замечаете мощнейших магических сил в своей жизни, даже когда они разворачиваются прямо перед вами». Я думаю… я думаю, меня сделали по-настоящему смертной. Меня пронзает ужас. Никогда прежде я не боялась смерти, потому что никогда на самом делене оставаласьмертвой. Но теперь это, похоже, произойдет. О господи, я думала, у меня будет больше времени, бесконечное время. Закрываю глаза, вымотанная болью. Хотела бы я сказать, что обрела покой, но, черт возьми, я чувствую себя так, словно ухожу из зала перед последним актом. – Танатос, – бормочу я и тянусь к его руке. Особенно не хочу покидать его, он единственная причина моего желания жить. – Лази… Лази. Имя звучит так нежно, что я открываю глаза. Встречаюсь с Танатосом взглядом. Глаза его полны страха. Он тоже боится, но это всего лишь смерть, самое естественное состояние, так? – Ничего, – выдыхаю я, начиная дрожать. Он крепче прижимает меня к себе. – Нет, Лазария, я не собираюсь отпускать тебя, – клянется он. – Жизнь и смерть… любовники, – напоминаю ему. – Ничто… не меняет… этого. – Сжимаю его руку и наконец признаюсь: – Я люблю тебя. Он меняется в лице. – Нет. Это звучит как мольба, и из уголка его глаза выкатывается слеза. Веки мои смыкаются. – Лазария, останься со мной. Но мое упрямое тело игнорирует все приказы. Он целует меня в губы, и даже сейчас я чувствую отчаянное давление его силы, желающей, чтобы я жила. Но все это не имеет значения. С поцелуем дыхание мое замирает, сердце останавливается, и я наконец-то взаправду освобождаюсь. Смерть Когда мои губы отрываются от ее, я уже знаю. Она ушла. И впервые с тех пор, как я встретил ее, я чувствую, как ее дух отделяется от тела. Нет. Бессмертие Лазарии не так уж сильно отличается от нашего. Его можно лишить. И она его лишилась. Вдалеке раздается хриплый, захлебывающийся смех Голода. Представить не могу более неподходящей реакции. – Она заключила другую сделку за твоей спиной, брат, – сипит он. У меня перехватывает дыхание, когда я смотрю на мою Лазарию. Как же так, это правда? –безмолвно спрашиваю я ее. Но, конечно, иначе никак. Она не могла сама избавиться от бессмертия. И есть лишь одна сущность, способная свободно забирать и дарить жизнь. Бог оставила меня. – Наконец-то ты понял то, что пришлось понять нам всем, – хрипит Голод. – Нельзя иметь и то и другое, нужно сделать выбор. – Выбор у меня отняли, – выплевываю я. – Нет. Смотрю на него, и мое извечно спокойноесердце колотится быстрее, когда я понимаю, на что он намекает. |