Книга Голод, страница 36 – Лора Таласса

Хм…

Я забираюсь в ванну, сажусь, царственно откинувшись назад, и вздыхаю, прислоняясь к бортику.

– Как там твоя рана на животе? – спрашиваю я, перекидывая руки через края ванны. Моя грудь беззастенчиво обнажена, что мне откровенно и до чертиков нравится. Надеюсь, всадник обалдел.

Голод щурит на меня глаза.

– Исчезла.

– Очень жаль.

– И яйца уже не болят… спасибо, что спросила, – добавляет он.

– Твои яйца меня не волнуют.Ты ими, похоже, все равно не пользуешься.

Криво усмехаюсь. Я очень довольна собой.

Жнец скрещивает руки на груди, и в глазах у него появляется злобный блеск.

– Скажи мне, Ана, – произносит он, и звук моего имени из его уст заставляет живот сжаться, – что ты будешь делать, если я тебя отпущу?

Устремляю на него пристальный взгляд.

Я могла бы солгать. Но эти змеиные глаза… мне кажется, они все равно разглядят правду.

– Не знаю, – признаюсь я. – Наверное, снова постаралась бы отыскать тебя и отомстить.

Потому что больше у меня в этой жизни ничего не осталось. Ни дома, ни работы, ни друзей, ни родных. Только эта вендетта.

Всадник издает тихий грудной звук.

– Я так и думал.

Наверное, в этот момент мне следовало бы забеспокоиться. Но если честно, где я, а где беспокойство? Давным-давно пора об этом забыть.

– Я все равно буду пытаться тебе отомстить, – добавляю я. – Если ты будешь держать меня у себя под боком, то мне же проще.

Теперь всадник улыбается, и, бог ты мой, жестокость и правда приносит ему наслаждение.

– На твоем месте я бы не стал этого делать, – мягко отвечает он.

Больше он ничего не говорит, но это и не нужно. В его словах звучит скрытая угроза: если я попытаюсь причинить боль ему, он покажет мне, что такое настоящаяболь.

Жнец шагает к двери.

– Завтра мы отправляемся. Если ты попытаешься сбежать, я не стану тебя кормить.

Похоже, такая перспектива его как-то слишком радует.

Чертов Голод.

Выходит, всадник действительно не намерен меня убивать. По какой-то причине он хочет, чтобы я была рядом. Настолько, что собирается наказывать за попытки сбежать.

Я вглядываюсь в него. Он ненавидит людей, но не хочет меня убивать, и он ненавидит человеческую плоть, но при этом остался посмотреть на меня в ванне. Я не могу понять, что на уме у этого парня, и это будет грызть меня изнутри. Если можно так выразиться. Кстати, насчет погрызть…

– Давай-ка проясним, – говорю я. – Если я останусь в этом охренительном доме, ты будешь меня кормить?

Где здесь подвох?

Всадник снова щурит глаза.

– Голодать ты не будешь.

Бесплатное жилье и питание? Просто восхитительно. У меня даже пальцы на ногах подгибаются.

– Ладно, по рукам. У тебя теперь есть новая пленница, которая ничего против плена не имеет.

Вопреки сказанному, я все же пытаюсь бежать из комнаты, куда меня возвращают после ванны. Даже несколько раз пытаюсь. Главным образом из-за своего вечного непобедимого любопытства. К тому же мне скучно. В чужой комнате не так-то просто найти себе занятие. Ну и, ко всему прочему, перспектива остаться голодной меня не так уж сильно пугает.

Нет нужды говорить, что я каждый раз попадаюсь. Я даже не планирую всерьез бежать отсюда – я еще не отказалась от намерения отомстить, – но надеюсь отыскать какой-нибудь острый предмет, которым можно проткнуть всадника.

Враги мы или не враги, в конце концов?