Книга Дитя для двух королей, страница 58 – Надежда Олешкевич

– Я родилась в полноценной семье. Папа меня очень любил, называл конфеткой и часто носил на плечах. Потом появилась сестра. У нас общение не заладилось. Я очень ревновала папу, потому что он стал уделять ей больше внимание, мстила мелкой в меру своих возможностей. А в десять лет его не стало. Автокатастрофа.

Вздох. Меня затопило грустью. Захотелось горячего кофе и печенек, а еще сестру под бок, чтобы щелкнула меня по носу и наказала не хмурится, потому что сопли полезут. Почему они должны полезть, для всех оставалось загадкой, однако Вика до сих пор продолжала так говорить и на вопросы плечами пожимать.

– Маме пришлось тяжело. Я видела это, понимала, старалась не досаждать, училась прилежно, присматривала за сестрой, потому что мама не успевала. После окончания школы сразу пошла работать, помогала в меру своих возможностей. В двадцать один обручилась с восхитительным мужчиной и вышла за него замуж. Создала свою семью.

Плечи Аделара напряглись, пальцы сжались в кулак. Слушал.

– Мы были счастливы. Сережа поддерживал меня, заставил пойти в универ грызть гранит науки и получать диплом. Мы очень хотели ребенка, но в этом плане выявились проблемы. После долгого лечения мне предложили эко. Все получилось, я забеременела…

Слеза скатилась по щеке, сорвалась с подбородка. Вторую пришлось быстро смахнуть.

– На шестом месяце ребенок умер. Я родила мертвого. Муж не поддержал меня, обвинил во всем, бросил. Начала болеть мама, сестра выпустилась и должна была идти в универ, – говорила я дальше, только чтобы не останавливаться, не плакать. – Было туго с деньгами, на лекарства уходило много средств. Я работала днем и ночью, наверное, благодаря такой загруженности и выкарабкалась из депрессии без посторонней помощи. После смерти мамы рассчиталась с долгами и даже смогла накопить немного, чтобы открыть магазинчик с цветами.Клиенты были, потому что я подрабатывала в небольшом ларьке на остановке, составляла там букеты, и людям они очень нравились. Слово за слово с одной очень любезной женщиной, и появилась идея. Я арендовала помещение, связалась с уже знакомыми поставщиками, с которыми пару раз виделась ранее. В общем, смогла встать на ноги.

Я замолчала. Думала о своем прошлом, о пережитых трудностях. Теперь они казались простыми, а тогда – непроходимыми горами, через которые не перелезть. Но я справилась ведь, смогла. Даже коленки не сильно ободрала.

– Мой никогда бы не умер, – прошептал мужчина и даже погладил мой живот.

– Что? – не сразу поняла, о чем говорил Аделар.

– Я про ребенка. Арис защитил бы младенца.

– Магия, – вздохнула я, совершенно в ней не разбираясь.

– Только не каждая смогла бы забеременеть. Для ардов это большая проблема – потомство. Мне мастер когда-то объяснял, что утроба женщины похожа на глиняный сосуд. И там, где простой ребенок удержится и не провалится через горлышко, одаренный попросту все разорвет еще во время развития – места мало. Зато из-за широкого горлышка обычный ребенок не вырастет, но наделенный арис – вполне.

А его рука продолжала лежать на моем животе. Грела. Словно там уже теплилась жизнь, был маленький червячок, который через девять месяцев превратится в настоящего человека. Может, именно поэтому я была подходящей кандидатурой для монахинь? Моя утроба способна удержать арис и дегру, но не в состоянии сделать то же самое без магической составляющей?