Книга Охотничьи угодья, страница 32 – Патриция Бриггз

— Ах, — произнес он почти нежно. — Еще одна история, которой я не верил. Итак, ты нашел себе омегу, полукровка. Милое дитя. Такое мягкое и деликатное. — Он облизал губы. — Держу пари, она лакомый кусочек.

— Ты никогда этого не узнаешь, Шастель, — мягко сказал Чарльз. — Отступи или уходи.

— У меня есть третий вариант, — прошептал Шастель. — Думаю, я мог бы выбрать его.

Дверной засов врезался Анне в поясницу. Судя по всему, ничего хорошего из этой встречи не выйдет. У Чарльза могли быть союзники среди испанцев, а может, даже среди британцев. Но дажев этом случае, если бы они вмешались, то показали бы этим, что Чарльз слаб. Она безгранично верила в способности Чарльза вытереть пол французским волком, но даже это посчиталось бы своего рода провалом. Ресторан был общественным местом, и драка могла привлечь полицию, что повлечет за собой совсем не такого рода раскрытие тайны существования оборотней, которого хотел Бран.

Может быть, она могла бы помочь разрядить обстановку. Она работала с Асилом, старым волком из ее новой стаи, пытаясь выяснить что она могла делать со своими способностями. Его погибшая пара была омегой, как и Анна, поэтому Асил больше чем кто-либо другой знал как работают ее способности. Даже Бран, Маррок, имел лишь смутные представления об этом.

С помощью Асила ей удалось сделать несколько интересных вещей.

Чарльз ничего не ответил Шастелю. Он просто стоял, свободно опустив руки по бокам, перенеся вес на носки и ожидая, когда противник примет решение.

Только Чарльз позволил ей отбросить свой страх в сторону. Чарльз, ее волчица и дверь за ее спиной.

Анна представила в своем воображении место в чаще леса, где на земле лежит снег, а ее дыхание вырывается облачками пара. Там тихо и безопасно. Ручей, полный жирной форели, струился под тонким слоем льда. Мысленным взором она следила за форелью, серебристой тенью скользившей по быстротекущей воде.

Когда у нее в голове все стало ясно и идеально, она вытолкнуло это спокойствие наружу.

Ее сила сначала поразила британского волка, она увидела это по тому, как расслабились его плечи. Он понял, что она делает и поднял бровь, глядя на нее, затем взял свою кружку с кофе и сделал глоток. Несколько испанцев начали дышать медленнее, и напряжение в комнате резко спало.

Чарльз повернулся к ней, его глаза пылали чистым ослепляющим золотом, — и зарычал. На нее.

И снова Анна оказалась одна в комнате, наполненной доминирующими волками и насилием. Запахи этого были настолько знакомыми, что ее тело пронзила фантомная боль, и стало больно дышать.

Анна распахнула дверь и сбежала до того, как слепой ужас превратился в спусковой крючок, вызывающий оргию насилия. Она уже видела, как это происходило, хотя никогда в таком общественном месте.

Француз бросил что-то грубое ей в след, когда дверь за ней захлопнулась, но она не обратила внимания.Паника, грубая и уродливая, мешала дышать.

Ей нужно найти что-то, на чем можно сосредоточиться. Поэтому она огляделась.

Посетители в главном зале все еще вели себя неестественно тихо, и их было намного меньше, чем когда Анна с Чарльзом впервые пришли в ресторан. Большинство из них смотрели вниз — это невольная реакция на такое количество альф. Даже люди могли чувствовать напряжение, хотя не знали причину своего беспокойства.