Книга Суд истины, страница 3 – Кей Си Кин

На ее лице появляется усмешка, глаза злобно темнеют. — О, дорогой брат, тебе нравится недооценивать меня. Это сделает твоепадение еще более восхитительным. — Она делает еще шаг назад, ее пальцы сжимаются, когда она отворачивается от моего отца. — Но сейчас я должна попрощаться с тобой. Не скучай по мне слишком сильно. Кто знает, когда я смогу… удивить тебя.

— Ты никуда не пойдешь, — ворчу я, спокойная и собранная аура, которую мне наконец удалось создать вокруг себя, быстро исчезает, когда я делаю шаг к ней, но не успеваю преодолеть и половины расстояния между нами, как натыкаюсь на сопротивление.

Ничто не стоит у нас на пути, но я не могу пошевелиться. Как будто между наминевидимая стена. Недоумевая, я позволяю своей магии обвиться вокруг моих конечностей и снова направляю руку в ее сторону. Я хватаю ее за горло, этот прием так хорошо сработал раньше, но на этот раз ничего не происходит.

— Цок-цок-цок.Обмани меня разок и все такое, — размышляет она, прежде чем оглядеть комнату, как будто ищет что-то или кого-то. — Детка, пойдем. Пора уходить, — кричит она, подтверждая мои предположения.

Ее взгляд останавливается на ком-то, и я не могу не проследить за направлением ее взгляда. Сначала мой взгляд встречается с Броуди, затем перебегает с него на Рейдена, Крилла и, наконец, Кассиана. Все они, кажется, застыли на месте у подножия ступеней, ведущих на трибуну. Гнев, запечатленный на их лицах, подтверждает, что единственная причина, по которой они не рядом со мной, заключается в том, что они не могут подойти ближе.

Раздражение охватывает меня, но я быстро отвлекаюсь на море людей, расступающихся, чтобы пропустить кого-то. Не просто кого-то, а человека, к которому она обращалась. Ее детка. И когда мои глаза встречаются с его, я раскрываю рот от ужаса.

— Фэйрборн, — хрипит мой отец, в его тоне слышится недоверие, когда мы смотрим, как мужчина, которому, как клялся мой отец, я могу доверять, неспешно идет к единственной женщине, которая сейчас стоит у нас на пути.

Его глаза прикованы к Клементине, он непоколебимо обходит трибуну, делая шаги слева от меня, приближаясь к противнику.

— Фэйрборн, как ты мог?

Хрипотцу моего отца снова никто не слышит. Похоже, этот человек смотрит только на Клементину. Будь прокляты все остальные.

Когда он приближается к той самой женщине, я замечаю, что на его теле отсутствует «Поцелуй смерти». Я предлагала ему убрать аметист, но он отказался. Было ли все это уловкой? На данный момент, я не думаю, что меня что-то шокировало бы сейчас.

Клементина хватает его за рубашку, притягивая ближе и прижимается своими губами к его губам, в то время как остальные из нас могут только стоять и смотреть. Магия между нами непоколебима, что только еще больше выводит меня из себя.

— Мы еще не закончили, — рычу я, моя волчица поднимается на дыбы ближе к поверхности, готовая взять верх в любой момент, и мне требуется гораздо больше усилий, чем я готова признать, чтобы удержать ее в узде.

Если Клементинаи видит эту борьбу, то не подает виду, улыбаясь от уха до уха. — О, мое милое дитя, мы закончим, когда я скажу, что закончим, но ты права, это еще не конец. По крайней мере, пока, — ее слова доносятся почти шепотом, как будто они произносятся только для меня. Затем она подмигивает, злобная усмешка изгибает уголки ее губ, прежде чем они вдвоем исчезают.