Книга Ночная охота, страница 97 – Кей Си Кин

Его брови на мгновение хмурятся, прежде чем он быстро стряхивает это. — Ты, должно быть, истощен. Тебе нужно…

— Я в порядке, — перебиваю я, пренебрежительно махнув рукой. — Мне доставило неудобство то, что произошло, но я уверен, что ты в конце концов перейдешь к делу

— Присаживайся, — предлагает он, указывая на темно-красно-золотой диванчик напротив его кресла. Я качаю головой, пока Вэлли устраиваетсяпоудобнее.

— Как я уже сказал, по существу, чтобы я мог найти более… приятную компанию.

Мой отец кивает, вертя стакан в руке и переводя взгляд с меня на Вэлли и обратно. — Я не совсем понимаю, зачем ты здесь, — признается он, и я знаю, что ему будет неприятно признавать это. Особенно перед аудиторией.

Однако это проходит мимо ушей Вэлли, когда она предлагает ему объяснение. — Потому что он бросился сражаться с обезумевшими.

Его брови хмурятся, когда он машет сигарой между нами двумя.

— Почему ты был за пределами кампуса?

— Искал обезумевших, как поручила декан, помнишь? — Предлагаю я, и Вэлли усмехается.

— Искать. Это все, чем это должно было быть. Мы задерживаем обезумевших как можно дольше, позже обычного времени, и…

— Подожди, подожди, подожди, — перебиваю я, мой пульс грохочет в ушах, когда я смотрю на Вэлли. — Ты не хочешь повторить это еще раз? — прохрипел я, мой мозг медленно собирает воедино то, что она говорит.

Она закатывает глаза от неудобства, но мне, блядь, все равно. — Я уверена, что ты не плохо слышишь, Рейди, детка, не отставай. — Сука.

— Мы это контролируем, — выдыхаю я, позволяя правде сорваться с моего языка, и на это эта сука еще раз закатывает глаза.

— Конечно, контролируем.

— Как же я раньше об этом не подумал? — Моя мысль срывается с моих губ прежде, чем я успеваю обуздать ее, и мой отец вздыхает, поднося бокал к губам.

— Твоя мать умеет держать все под контролем, сынок. Но почему это привело тебя ко мне, мисс Драммер? — Наконец он делает глоток, два, если быть точным, что никогда не бывает хорошим знаком, потому что каким бы гладким ни был этот бурбон, он все равно обжигает, как сука.

— Мой дядя настаивал. Поскольку моего отца хладнокровно убили, он взял бразды правления в свои руки. — Ухмылка на ее губах не вызывает у меня никаких угрызений совести и ни капли сожаления о смерти ее отца. Наоборот, мне хочется достать хлопушку и устроить чертов праздник.

— Твой дядя, — повторяю я как попугай, пока она каким-то образом не садится еще выше, упуская мимо тот факт, что Адрианна была той, кто зажарила ее отца своей магией.

— Поскольку ты не станешь моим суженым, мой дядя стал менее терпим к твоим ошибкам, — медленно объясняет она, как будто я ребенок, который не может за ней угнаться.

— Я изовсех сил пытаюсь понять ошибки, которые я по видимому совершил, — настаиваю я, пожимая плечами, и она бросает на меня выразительный взгляд с плоской улыбкой, которая не касается ее глаз.

— Конечно, ты не понимаешь, но если тебе нужно, чтобы я объяснила тебе это, то ты подсел на киску фейри, и это приведет тебя к гибели.

— Ух ты. Немного дерзко, тебе не кажется? — фыркая, говорит мой отец, на этот раз предпочитая затянуться сигарой, и я закатываю глаза.

— Дерзкая, как всегда, — заявляю я, и нахмуренные брови моего отца снова превращаются в занозу в моем боку.

— Это неприлично, Вэлли. Если твой дядя настоял на этом, считай, что моего сына основательно отругали. — Он отмахивается от нее, но ее губы кривятся от отвращения, когда она поднимается на ноги.