Книга Наша родословная, страница 55 – Кей Си Кин

— Луна? — глубокий голос Романа разносится по комнате, и мое сердце снова бешено колотится в груди.

— Я здесь, Ром, — отвечаю я, когда Кай слегка отстраняется от меня.

— Знаете, я нахожу довольно оскорбительным, что ни один из вас не назвал моего имени, — упрекает Кай, и я не могу удержаться от смешка. Он явно слишкоммного слушал нытье Оскара, и теперь подхватывает его.

— Заткнись, Кай. Как поживает наша девочка? Она еще не сердится на тебя?

— Как будто ты не знаешь, — отвечает Кай, целуя меня в лоб.

— Принцесса, тебе нужно расслабиться. Кай, мне нужно, чтобы ты отвлек ее, пока не услышишь, как хлопнет дверь с другой стороны, я могу почувствовать ее пульс отсюда.

Прежде чем я перевариваю то, что он только что сказал, губы Кая опускаются на мои. Потерявшись от ощущения его губ, мои руки сжимают ворот его кожаной куртки, притягивая его ближе ко мне. Его пальцы скользят по моей шее, обхватывая мой затылок, когда он позволяет мне исследовать его рот. В то время как его другая рука сжимает мое бедро.

По комнате разносится ворчание, напоминающее мне, почему мы здесь, и почему именно Кай пытается занять меня.

Что за куча гребаных «Тузовых задниц».

Моя хватка за его куртку мгновенно превращается в попытку оттолкнуть его, мои ладони прижаты к его груди. Он прижимает меня к себе крепче, перемещая губы к моей шее. Моя голова откидывается назад, поскольку мое тело поощряет отвлечение, желая всего внимания, которое он может предложить.

Меняя тактику, я прижимаюсь своими губами к его губам, усиливая момент. Я расслабляюсь в нем, и когда он меньше всего этого ожидает, я сильно прикусываю его нижнюю губу.

От стона, который вырывается из него, у меня мурашки по коже, а тепло покалывает поверхность моей кожи. От силы укуса я ощущаю вкус крови на языке, но он целует меня сильнее, желая большего.

Твою мать.

Его пальцы так крепко удерживают мое бедро, что я знаю, что позже у меня появятся синяки под кончиками пальцев.

— Всего хорошего, принцесса, — слышу я крик Романа, прежде чем дверь за ним захлопывается.

Кай не отпускает меня, как я от него ожидаю. Вместо этого он углубляет наш поцелуй. Забирая у меня больше и оставляя меня уязвимой. Отрывая свои губы, он прислоняется своим лбом к моему. Прежде чем я успеваю наорать на него, его палец прижимается к моим губам, останавливая мои слова.

— Сакура, — хрипло шепчет он. — Прежде чем ты выйдешь из себя. Пожалуйста, помни, что мы всегда будем делать то, что должны, чтобы защитить тебя. Ты можешь справиться с собой, страх в нас реален и неизбежен. Луна, ты наша жена, и это значит для меня все.

Правда и эмоциив его словах почти ставят меня на колени. Я не знаю, как справиться с той грубостью, которую он позволяет мне увидеть. За этим тихим и наблюдательным человеком скрывается такая страстная душа, что он заставляет меня нуждаться в большем.

Ни с того ни с сего меня осеняет, и я чувствую себя дурой из-за того, что не заметила этого раньше. Возможно, мне не нравится, что он чувствует необходимость защищать меня, но я думаю, что он сделает все возможное, чтобы сделать это из-за своей сестры. Откидываясь назад, я пытаюсь заглянуть в его глаза, но темнота, окружающая нас, затрудняет это. Я должна уважать боль, которую он, должно быть, чувствует, и страх, который он, должно быть, испытывает, потеряв меня. Как бы сильно я ни боялась за своих Тузов, его тревога, должно быть, десятикратна.