Книга Драконы Новы, страница 160 – Элис Кова

Даже он не смог бы противостоять ей.

— Доно, я не думаю, что были созданы еще какие-нибудь шкатулки. — Финнир бежал рядом с ним, как никчемная крыса. — Похоже, она единственная.

Ивеун стиснул зубы. Ему нужно было что-то такое, что могло бы противостоять другим существам, подобным этому монстру. Предположить, что больше не было сделано ни одной шкатулки, означало приветствовать гибель всего, за что он боролся. Это был бы конец Новы.

— Думаю, нам следует просто убить ее, — предложил Финнир. — Если она сделала только одну шкатулку и использовала ее на себе…

— И кто скажет, что она не могла использовать ее на других? — Ивеун остановился, надвигаясь на Финнира. — Кто скажет, что шкатулка не находится сейчас в руках этих отвратительных повстанцев Фена, медленно превращая их в нечто, способное бросить вызов даже мне?

Ивеун поднял руку, показывая палец.

— Доно, никто не может бросить тебе вызов, — прошипел Финнир.

Король разразился горьким смехом. Финнир все еще играл в игру, как ребенок, который держится за идеал. Сколько бы Ивеун ни вдалбливал ему эту мысль, казалось, слабый человечек так ничего и не понял. Лишь немногие могли понять, как ему стыдно за совершенные ошибки. Он открывал свои сожаления только Колетте, Леоне и таким людям, как Финнир, которые были достаточно близки к его движениям, чтобы понимать всю серьезность его рисков. Ведь риск, на который шел Ивеун, редко имел последствия только для него самого.

— Финнир, уверяю тебя, я в значительной степени смертный. И хотя меня устраивает, что массы как на Луме, так и на Нове думают иначе, это неменяет сути дела. — Ивеун шагнул вперед, наступая на личное пространство Финнира, пытаясь заставить его почувствовать себя таким же незначительным, каким он был на самом деле. — И если я умру, Финнир, умрешь и ты. Ты живешь только по моей милости. Ты существуешь только потому, что я защищаю тебя и позволяю тебе жить. Неужели ты думаешь, что Син когда-нибудь снова проявит к тебе любовь без моей поддержки? Ты сможешь уйти отсюда только в качестве Син'Оджи, а этого не случится, если я погибну. Твоя жизнь — моя.

Мужчина застыл на мгновение. Ивеун наблюдал за тем, как он старается выровнять голос, но все равно оценил эту борьбу. Финнир никогда не станет великим Драконом, но Ивеуну требовалось от него нечто более важное, чем величие: послушание.

— Да, Доно. — Мужчина опустил глаза. — Для меня большая честь, что моей жизнью владеет такой мужчина, как ты.

— Смотри, чтобы ты не забыл об этом. — Ивеун отпрянул от меньшего Дракона и направился в противоположную сторону. — На твоем месте я бы нашел место, где спрятаться на время, пока ты снова не понадобишься. На данный момент твоя польза исчерпана, и ты рискуешь навлечь на себя мой гнев, если будешь задерживаться.

Он остановился в конце коридора.

— Кроме того, твоя сестра охотится за твоим сердцем. Если ты думаешь, что пребывание на Лисипе удержит ее от охоты на тебя, то ты ее недооцениваешь.

Финнир скривился при упоминании Петры, но возражать не стал. Ивеун продолжил путь, веря в трусость Финнира больше, чем во что-либо другое в этом человеке. Он продолжал идти, прежде всего, ради самосохранения. У Ивеуна были более важные заботы.

Драконов было недостаточно, чтобы противостоять угрозе Совершенной Химеры. Чтобы сражаться с чудовищем, Ивеуну требовалось более грозное существо. Ему нужны были Драконы, которым не стыдно опуститься до любого уровня ради власти и силы. Даже если для этого придется напиться.