Книга Жемчужина боярского рода. Часть 2, страница 50 – Ива Лебедева

За моей спиной гильдия, несколько союзных родов, неведомая магия, обретенная в аномалии. А самое главное — у меня есть царское благословение на то, чтобы основать род Волковых! И воплощение покровителя тоже со мной — Алешка пробрался следом за нами даже в ритуальный зал, откуда его никто не посмел выгнать.

— Спасибо, господин Барятинский. — Мой голос, вопреки ожиданиям бывшего родственника, прозвучал спокойно. — Моя кровь — не ваша кровь. Она чиста и свободна от любых долгов. И по благословению, данному мне верховным сюзереном, я заявляю свое право на новый род! Отныне я Ольга Волкова, и покровитель моей силы подтверждает мое право на магию, силу и родовое имя!

Кровь из разрезанной ладони щедро потекла на алтарь, стирая прежние жалкие капли папенькиной крови. Едва коснувшись серого камня, она вспыхнула и развернулась настоящей световой голограммой: над алтарем возник огромный волк, вычерченный магическими линиями двойник Алешки. Он глянул прямо на меня, склонил морду и слизнул алую жидкость с камня. А потом задрал голову и торжествующе завыл!

Из ритуальной комнаты мы все вышли слегка оглушенные. А я еще и потеряла довольно много крови, слишком сильно резанув по руке над алтарем. Увы, рана даже не подумала заживать сама собой магическим способом, ее пришлось перевязывать. Алексей еще и шепнул, что «шрам основателя» теперь останется со мной навсегда. А у моих потомков, если они появятся, этот шрам будет отображаться белой меткой на коже, по которой всегда можно будет опознать настоящих Волковых.

Папенька во время этого разговора куда-то делся. И я бы про него даже не вспомнила, если бы Мила, которую я официально приняла в род, назвав сестрой, не заметила с тревогой:

— Как бы чего не вышло. Больно уж лицо у Павла Платоныча было злобно-предвкушающим, когда он уходил. Не понимаю, все связи с их родом разорваны, что он может предпринять?

Я мгновенно напряглась, забыв о ране и перестав отпихивать пса, желавшего всенепременно вылизать раненую руку. Действительно, чем бывший папенька этого тела может мне теперь навредить? Долгов между нами не осталось…

— Кажется, я понял, — мрачно заметил Снежинский, который остановился ближе к окну. — Вся улица забита боярскими экипажами.

— Но… какая связь? — не поняла я. — Что им всем тут надо? Думаешь, это глава рода Барятинских всех привел? Зачем⁈

— Не столько привел, сколько растрепал, что сегодня ты станешь свободной и незащищенной более боярским званием, — напряженным голосом предположил Олег Лисовский. — В таком случае, особенно при наличии у безродной девицы магии и царского благословения, можно попробовать перехватить ее до того, как она заявит собственный род и станет наравне с остальными боярами.

— Погоди, но я ведь только что это сделала? — Собачий язык таки нырнул под неплотно намотанный бинт, рану защипало, и я невольно втянула воздух сквозь зубы. Но заставила себя сосредоточиться. — Мою кровь принял имперский алтарь, я даже Милу приняла в род!

— Алтарь — это одно, — мрачно вздохнул Вьюжин, выглядывая из-за Игорева плеча в окно. — А боярское достоинство должны подтвердить совет и государь.

— Разве это не формальность? — уточнила я, чувствуя, что настойчивый пес таки слизнул боль с руки. Щипать перестало. — Я думала, алтарь — это главное.