Книга Похищенная пришельцем, страница 143 – Аманда Майло

— Он надеется, что она выслушает его, а затем поговорит с отцом, с тем, кто заседает в Совете, который на самом деле ненавидит Дохрэйна. Рэйн сказал, что я буду практически в безопасности, пока ты не придешь за мной.

— Практически в безопасности? — разозлился я. Я старался не обращать внимания на то, как Энджи с оттенком нежности сокращала имя Дохрэйна. Едва заметной нежностью. Он проводил с ней часы. Я заставил себя не представлять, как Дохрэйн утешал Энджи. Позже я всегда мог его убить. А сейчас мне нужно было подумать. Я наклонил голову.

— И откуда он знал, что мне каким-то образом удастся избежать казни и добраться до тебя прежде, чем тебе причинят вред…? Ведь я еле избавился от железных оков, удерживающих меня у каменного столба, — бушевал я. — Дохрэйн слишком сильно рисковал.

Энджи слабо улыбнулась.

— Я не говорила, что он приложил руку к освобождению других парней, но также не утверждала обратного…

Уже не в первый раз я почувствовал маленький, совсем крохотный всплеск благодарности к этому хмурому хобсу.

Я отнес Энджи на пол арены, который выглядел спокойным и тихим по сравнению с войной, разгорающейся на трибунах.

Сбежать в гладиаторскую яму ради безопасности? Именно к таким решениям я привык.

Вскоре к нам присоединились другие мужчины, пытающиеся уберечь своих людей от опасности. Я заметил, что у многих до сих пор с запястий свисали наручники, от которых тянулись маленькие цепочки, такие же, как и у меня. Взглянув на Задеона, я отметил, что у него не было таких наручников.

Дохрэйн сделал правильный выбор, рискуя многим, чтобы освободить одного из нас. Мой брат — сила, с которой нужно считаться.

Его женщина сейчас была в безопасности, но он все еще находился в ярости. Он ломал сиденья, разрывал трупы и орал, как психопат. Было бы лучше, если бы человеческая женщина поговорила с ним, но она не могла произнести ни слова. Вместо этого самка кричала и билась в истерике, когда Задеонвпервые добрался до нее, и это очень сильно ухудшило ситуацию. Сейчас она свернулась в клубок, закрыв уши ладонями и уткнувшись лицом в колени. Женщина странно раскачивалась и издавала звуки, которые волновали всех нас. Тела стражников, которые напугали ее, были разорваны возле нее, из-за чего женщину покрывала кровь.

Мы могли лишь наблюдать. Ни один мужчина не позволял своей женщине приблизиться к Задеону, чтобы утешить его травмированную самку. Время от времени я разговаривал с братом, и постепенно он начал приходить в себя.

Но даже я не решался подойти к нему, чтобы помочь вернуть здравомыслие. Некоторые вещи лучше всего делать издалека.

В этот момент я заметил Дохрэйна. Скрестив руки на груди, он стоял, прислонившись к колонне, на краю арены. Дохрэйн тоже наблюдал за нами.

Без каких-либо прикрас я признался себе, что Дохрэйн — хороший хобс. Не знаю, почему он помогал нам, но я был в долгу перед ним. Как и все мы.

Когда женщина моего брата начала задыхаться от собственных слез, то это, наконец, вырвало Задеона из лап ярости. Он сразу стал делать все возможное, чтобы утешить самку, на этот раз присев рядом и не пытаясь прикоснуться к ней до тех пор, пока она не позволит ему приблизиться.

А когда женщина все же разрешила ему обнять себя? Задеон поднял ее на ноги.

Он с облегчением раскачивался, склонив голову и прижимая самку к себе.