Книга Душа моя, гори!, страница 154 – Виктория Яровая

– Давайте поскорее покончим с формальностями и приступим к ужину. Думаю, у всех уже разыгрался аппетит.

Жрец кивнул и быстрым движением соединил запястья рук. В его раскрытых ладонях вспыхнуло пламя. Последовали слова о поединке, где прозвучали имена мужчин. Он сложил ладони вместе, и огонь погас. Все, дело сделано.

Гости выдохнули и, разбившись по парам, направились в столовую, в которой уже зажгли огни и блики замерцали на пустых бокалах, стоящих на столах. Мне срочно нужно выпить после такого потрясения!

Слуги помогли гостям рассесться. Я, к удивлению, оказалась соседкой Маола и незнакомой мне женщины, а Грэг с Лавель сидели напротив нас. Это что? Новая издевка Олмана или местные обычаи? Быстро оглядев гостей, не нашла в их рассадке никакой логики и мысленно махнула рукой. Какая мне разница? Наоборот, нужно поблагодарить отца Грэга: рядом находился Маол – неотъемлемая часть моего уже начавшего вырисовываться плана спасения.

Ох уж эта рука. Как жаль, что ее нельзя просто выкрасть. Как же ее заполучить? Думай, Оленька! Думай! Мысли крутились словно белки в колесе и потихоньку выстраивались в стройный ряд. Кажется, я знаю, что нужно делать! План готов! Грэг будет в ярости. И что с того? Это мне, а не ему каждый день душу вырывают из тела. Переживет.

Я потянулась к бокалу, который уже успели наполнить слуги. Пару раз жадно глотнула и поймала на себе взгляд Маола. Он глядел на меня, слегка повернув голову, и откровенно пялился на мои губы. Непроизвольно их облизнула – по темной радужке мужчины пробежала искра предвкушения. Я отвернулась и посмотрела напротив, ожидая встретить гневный взгляд Грэга. Не тут-то было.

Он и Лавель увлеченно о чем-то разговаривали, полностью погруженные друг в друга. Во рту растекся неприятный привкус. Что это? Неужели ревность? С чего бы? Я всегда понимала, что Грэг не мой мужчина, и никогда не строила иллюзий. Мне в этом мире вообще не до любви и нежностей. Они уходят на второй план, когда над тобой каждый день висит угроза смерти. Но почему же мне так неприятно видеть эту парочку?

Похоже, они уже успели пересечься и выяснить отношения. С Грэгом все понятно. Его реакция на мой вопрос о Лавель говорила сама за себя. Любит! Он все еще ее любит… Моя рука с силой сжала ножку бокала, захотелось махом осушить его.Не стала. Успокойся, Оля. Смотри на вещи здраво.

Да, была прекрасная ночь, но разве ее участники должны друг друга любить? В наше время взаимная симпатия скорее редкость, чем обыденность. Так что мне следует выкинуть из головы ненужные сантименты и идти по строго намеченному плану.

Медленно поставила бокал на стол и с милой улыбкой повернулась к Маолу. Стоит самой узнать, что он за человек. По словам Грэга, он заносчивый тип, выскочка и окончательный редиска.

– Ид Маол, – обратилась я к нему, в который раз удивляясь, что в этом мире нет фамилий, – вино прекрасно. Вы не находите?

Мужчина с охотой принял брошенный в нашу светскую беседу мячик, и вскоре я наслаждалась интересным разговором и вкусной едой. Маол мне отчаянно напоминал Родионова. Те же повадки, умение сказать так, что под словами скрывался целый пласт тайных смыслов, и, конечно же, ум. Не тот, что прямой и смелый, а изворотливый и скользкий.

Как ни странно, наша с виду о пустом беседа доставила мне удовольствие. Больно уж она напоминала привычное в моем мире общение.